Полная признательности и благоговейной радости, Сэнни рыдала. Между тем монахини, кажется, собрались удалиться. Схватив их за рукава, Сэнни с глазами, полными слёз, пыталась удержать их.
— Погодите немного! Как вас зовут? Я должна знать, кто соткал эту мандалу. Вы оказали мне такое огромное благодеяние, что, если я не поведаю о нём, меня ждёт рождение в мире животных. Я стану с любовью думать о том небе, где вы пребываете. Я хочу взирать на это небо, чтобы утешиться.
Когда она задала этот вопрос, первая монахиня ответила: «Разве ты не знаешь? Я — властитель Западной Чистой земли будда Амида. А эта монахиня-ткачиха — бодхисаттва Каннон. Она моя Ученица и пребывает по левую руку от меня. Поскольку ты женщина, мы приняли облик монахинь и явились сюда женщинами, наш великий обет явился причиной нашего прихода в этот грязный мир[405].»
Так объяснила монахиня и даровала Сэнни стихотворение в четыре строки.
Суть этого стихотворения вот в чём. На этом месте Кашьяпа[406] читал свою проповедь. Сюда являлся подвижничать Эн-но Гёдзя[407]. А ты постоянно и от всего сердца молилась, обратясь в сторону запада, поэтому сюда явился будда Амида. Поскольку здесь был явлен будда, в этом храме никогда не будет горестей, вечно продлится радость. Что же касается тебя, минет тринадцать лет, и в ту же луну, что сейчас, в тот же день, что сейчас, я обязательно приду за тобой.
Так возвестил будда. Засверкали огни, указывая путь в небо. В своих мыслях Сэнни мгновенно приблизилась к западным небесам.
После этого Сэнни прожила ещё тринадцать лет. В первый год Дзингокэйун[408] в двадцать третий день шестой луны, в час Курицы в её келье запахло нездешним благовонием, в верхушках деревьев зазвучала музыка, сошли двадцать пять бодхисаттв, Каннон склонился со свежего цветка лотоса, Сэйси приблизил к Сэнни драгоценный балдахин. Они взяли к себе Тюдзё. И тогда посыпались цветы, и лиловые облака наполнили небо. И вот, преодолев мириады дальних дорог, они достигли лотосовых сидений девятой ступени рая, и Тюдзё стала обитательницей Чистой земли.
Обет будды Амиды состоит в том, чтобы вести в рай тех, кто возносит молитву[409] — независимо от того, знатный это человек или простой. С твёрдостью в сердце произносите молитву, это нужно для того, чтобы в будущей жизни возродиться в раю.
Такова история возникновения мандалы храма Тайма.
ПРИНЦЕССА САДЗАРЭИСИ
Принцесса Садзарэиси [410]
Через двенадцать поколений после императора Дзимму[411] правил император по имени Сэйму[412]. Это было поистине блистательное царствование! У императора было тридцать восемь сыновей и дочерей. Самой младшей, тридцать восьмой была девочка по имени Садзарэиси, Маленький камешек. Садзарэиси была чудесной девочкой, самой талантливой из детей, все её любили. Время шло, и когда Садзарэиси исполнилось четырнадцать лет, она стала женой господина регента и переселилась в его дворец.
Муж Садзарэиси был замечательным человеком, но он рано умер, оставив по себе добрую память.
Принцесса Садзарэиси часто думала о причинах круговращений и изменений в природе, желая вступить на путь служения будде. Она знала, что Чистая земля располагается во всех десяти направлениях[413], но верила, что нет прекрасней Восточного чистого лазоревого мира, отчего она упорно повторяла имя будды Якуси: «Славься, Якуси, лазоревый, сияющий будда!»
Однажды вечером принцесса всматривалась в гребень горы, из-за которой появился месяц, она думала, что именно там находится Чистая земля, где ей предстоит возродиться. И вот, когда она стояла так, совсем одна, с неба к ней сошёл посланец в золотом венце и преподнёс принцессе Садзарэиси драгоценный сосуд.
— Я посланец будды Якуси, воитель Комбира[414]. В этом сосуде чудодейственное снадобье[415]. Это напиток молодости и бессмертия. Отведай его, и время больше не будет властно над тобой, исчезнут тревоги, не изменится твой облик, жизнь будет бесконечной, и бесконечной будет твоя молодость.
Сказав это, посланец пропал, будто растворился в воздухе. Принцесса взяла сосуд. «Как это прекрасно! — подумала она. — Ведь это ответ на мои постоянные молитвы!» Она трижды поклонилась и отведала чудодейственного снадобья. Невозможно описать, каким сладостным был его вкус!
На лазоревом сосуде были начертаны белые иероглифы. Принцесса прочла их, это оказалось стихотворение:
Так там было написано. Должно быть, это стихотворение сочинил сам будда Якуси. С этого дня принцесса изменила имя и стала зваться Ивао — Большая скала. Время шло, принцесса не знала печали даже в мелочах, облик её не менялся, она была по-прежнему свежей, как цветок. Так прошло восемьсот лет. Минули одиннадцать царствований, когда правили императоры Сэйму, Тюай, Дзингу, Одзин, Нинтоку, Ритю, Хансэй, Ингё, Анко, Юряку, Сэйнэй[417], и всё это время принцесса была молодой и цветущей.
Однажды, ночь напролёт с зажжённым светильником, принцесса Садзарэиси мысленно обращала молитвы к будде Якуси. Признательный будда Якуси предстал в торжественном обличье перед принцессой Ивао и обратился к ней с такими словами:
— Ты давно живёшь, но познала только радости мира людей. Чистая лазоревая земля, вот место истинного счастья. В Чистой земле, куда я перенесу тебя, на семи драгоценных лотосах стоит яшмовый дворец, в ряд располагаются золотые створчатые двери, бамбуковые шторы украшены яшмой, на полу разложены парчовые подушки для сидения. Обитатели носят пышные и тонкие одежды, десятки тысяч прислужниц заботятся о них, подносят чудесные напитки и яства. Тот, кто постоянно возносил ко мне молитвы, всегда перед моим взором, и если этот человек всем сердцем желает оказаться в раю, ему незачем оставаться в мире страданий!
Сказав это, будда перенёс принцессу Ивао в Восточную чистую лазоревую землю.
Стать буддой, сохранив свой облик[418], — случай редкостный и удивительный. Это величайшая радость и для прежних, и для будущих поколений. Сейчас, в эру конца закона, как бы люди ни просили, как бы ни молили богов и будд, им не удастся, наверное, этого достигнуть.
Славься, Якуси, лазоревый, сияющий будда!
Славься, Якуси, лазоревый, сияющий будда!
АД
Ад [419]
На шестой день шестого месяца одиннадцатого года Эйкё[420] я почувствовала себя ужасно. Меня одолела тоска, мне казалось, будто я падаю на дно, причём и в левом и в правом моих карманах лежат увесистые камни, и мне от этого тяжело. Когда же я оказалась на дне, то там оказалось так темно, что ночи этого мира показались мне светом. Мне казалось, что прямо у меня в голове раздаются какие-то звуки и дует страшный ветер. Сил не было, тоска снедала меня.
Грязный мир (сяба) — слово, означающее наш мир, этот мир.
Кашьяпа (Касё) — ученик будды Шакьямуни.