Выбрать главу

Хочется написать обо всём этом поподробнее, но я собирался написать только о влюблённой паре, соединённой в странном сне, который стал явью благодаря обету бодхисаттвы Каннон. Тушь и так уже совсем бледная… Чтобы не тратить её понапрасну, на том и закончу.

ИДЗУМИ СИКИБУ

Идзуми Сикибу [490]

Не так давно, во времена государя Итидзё[491], в цветущей столице жила прелестная куртизанка по имени Идзуми Сикибу. При дворе тогда состоял один молодой человек — Татибана-но Ясумаса[492]. Когда ему исполнилось девятнадцать лет, а Идзуми Сикибу — тринадцать, они втайне ото всех дали друг другу любовную клятву. Весной, когда Идзуми Сикибу было уже четырнадцать, у неё родился мальчик. Во время ночного свидания родители решили, что сын родился некстати. И тогда мать оставила мальчика на мосту Годзё. Положила детское приданое, на воротнике узорчатой рубахи-косодэ начертала стихотворение, оставила там же кинжал, а ножны забрала себе. Некий горожанин подобрал ребёнка, вырастил, а потом отправил в монастырь на гору Хиэй.

Так уж случилось, что мальчик был весьма расположен к учению, да и обликом выдался — бесподобен. Не было ни одного монаха, который, увидев его, остался бы равнодушным, по всей горе шла слава о нём. Знал он толк и в плотской любви. Его имя превозносили не только на Хиэй — много преуспел он в учении будды, слава о нём распространилась по всей Поднебесной. Преподобный Домэй — так звали его люди. Домэю исполнилось восемнадцать лет. И вот как-то во дворец позвали Домэя вместе с другими монахами толковать «Сутру лотоса». Тут подул ветер и бамбуковая занавеска, за которой сидели дамы, приподнялась. Оказалась там и женщина лет тридцати. Она была поглощена речами монахов, но изгиб её бровей свидетельствовал о сладострастии. Всего лишь миг видел её Домэй, но и этого было достаточно, чтобы в теле своём он ощутил желание. И на постоялом дворе, и потом — когда он уже вернулся в монастырь, её образ не оставлял его, что говорило об их связи, доставшейся им из прошлой жизни.

И вот Домэй решил снова отправиться в столицу, чтобы ещё хоть раз увидеть ту, что влекла его. Он переоделся продавцом мандаринов, пришёл во дворец и разложил товар. Из покоев его возлюбленной вышла служанка и попросила двадцать мандаринов. Домэй стал отсчитывать ей мандарины, каждый сопровождая любовным стихотворением.

Один. Один на ложе я, И не было зари, Когда бы не промокли Подушка и рукав.
Два. Двойная ширма. Когда же Рядом со мной Увижу любимую?
Три. Трепещу, Сердце волнует любовь, Лишь только увижу тебя, О, бесчувственная.
Четыре. Чёрной ночью Мечтаю о тебе. Подушка и рукав В росе-слезах.
Пять. Опять и опять Мне кажется — ты здесь. И скоро я растаю От тоски.
Шесть. Есть в соседней долине Олень. О жене своей Он проплакал всю ночь.
Семь. Всему свету Уже известно о нашей любви. Из-за тебя Погибнет моё доброе имя.
Восемь. Возьми меня И у себя оставь. Ты и не знаешь: ты — Прекрасна, как луна.
Девять. Деваться некуда. Нам встретиться не суждено. Но все встречаются В Чистой земле Амиды.
Десять. Держать — не удержать. Соколёнок вылетел из клетки. Когда его увижу На моей руке?
Одиннадцать. Один хотя бы раз Случилось то, О чём твердит молва. Как было бы прекрасно!
Двенадцать. Двое любят — хорошо. «Бедняга!» — скажут, Если любишь Безответно.
Тринадцать. Тревожишься, Тебя ж не любит Пусть. Любить всегда прекрасно.
Четырнадцать. Черёд мне умереть. Не жаль. Из-за тебя растаять Моя судьба.
вернуться

490

Японское название рассказа «Идзуми Сикибу». Вариант названия: «Домэй-но соси» («Записки о Домэе»), Время создания произведения — конец эпохи Муромати. Время действия обозначено как правление императора Итидзё (986-1011). Место действия: столица, храм Сёся (храм Энкёдзи в горах Сёся, префектура Хёго). В рассказе содержится большое количество поэтического материала, однако перу знаменитой поэтессы Идзуми Сикибу принадлежит всего одно стихотворимое. Рассказ был опубликован в серии «Отоги-бунко». Перевод выполнен по: Отоги-дзоси, с. 312–326.

вернуться

491

Комментарий 444:

Правил с 986 по 1011 год.

вернуться

492

Комментарий 445:

Имя юноши составлено из имён двух мужей Идзуми Сикибу, одного звали Татибана-но Митисада, другого — Фудзивара-но Ясумаса.