Для Гудо это был простой бой. Да и не бой вовсе. Так – зрелище. Но достойное и интересное.
Вначале пойманный и изрядно напуганный дозорный портовых бродяг понятно кивнул головой и убежал к своим в баню с громкими предупреждениями, что два десятка мясников уже стоят на дальней стороне улицы. Им тут же бросилось навстречу около полусотни разгоряченных вином и плотскими утехами бродяг, моряков и грузчиков. В их руках были не только палки и камни, но и мечи, и даже копья.
И мясники уже подались назад, видя многократное превосходство противника. Но тут вперед них выступил тот, на кого они постоянно косили взгляд с того мгновения, когда по велению Андроника вышли в уличный поход. Этот человек не мог остаться незамеченным. Во-первых, он был незнакомцем. Во-вторых, даже среди крупнотелых и высоких мясников выделялся могучей фигурой и ростом. В третьих на голове этого человека была странная накидка из мягкой кожи, полностью скрывающая и голову и лицо. Только прорези для глаз и рта. Это было вторым условием Гудо.
Вот эта кожаная часть одежды незнакомца, эта своеобразная личина[175] более всего интриговала мясников. А еще… А еще в могучих руках этого человека был огромный и хорошо известный им топор, своего рода талисман или главное знамя корпорации макелариев. Не мог Андроник отдать эту святыню неизвестно кому. И если в его руках «топор русича», значит, будет для него важная работа.
И все же мясники подались назад.
И тогда «топор русича» громоподобно «заговорил».
Сделав несколько круговых движений над головой, Гудо с силой прошелся лезвием огромного топора по каменный стенам ближнего от него дома. Сноп ярких искр сопроводил это движение, остановив первые ряды бегущих в сражение портовых бродяг. На их спины тут же навалились следующие за ними. Навалились с проклятиями для остановившихся трусов и с нетерпением начать схватку. Но теперь уже их глазам предстал второй сноп искр, который Гудо высек, черкнув металлом топора по каменным булыжникам мостовой. А далее…
Гудо вращал огромным топором над головой и перед собой с таким мастерством, с таким сверх умением, и с такой силой, что не оставалось никакого сомнения – он разрубит всякого ставшего на пути пополам. Разрубит и не заметит. Как и второго, и третьего и десятого. Не было спасения от этого человека и от его топора! Это сразу поняли все оторопевшие бродяги. А так как среди них не было ни единого воина, а храбреца тем более, то они отступили на шаг, затем на два, и едва заметив то, как за спиной огромного человека с безжалостным топором выстроились мясники с ножами, тут же бросились бежать.
После бегства портовых бродяг на улице Трех кузнецов осталось множество оружия, которое будучи собранное, и было представлено взору торжествующего Андроника.
В ту ночь на площади Стратигии пылали костры, лилось вино, играла музыка и смеялись срочно собранные гулящие девки.
Не веселился, пожалуй, только единственный Гудо. Он неподвижно сидел за знаменитым столом посреди площади и не отвечал на восторженные поздравления и дружеские похлопывания по плечам опьяневших макелариев. Остался он невозмутимым даже после того, как один из мясников уселся с ним рядом и крепко обнял:
– Счастливый случай послал тебя к нам. Все только и говорят о тебе. Но никто не знает твоего имени. А наш глава корпорации велел тебя звать не иначе как Дигенис. Может ты и есть вернувшийся из легенд Дигенис Акрит? Чего молчишь? Да сбрось ты эту маску и выпей вина! Смотри его сколько. А сколько продажных шлюх. И за вино, и за них Андроник щедро заплатил. За всех нас заплатил. Пей и совокупляйся, сколько пожелаешь!
Но Гудо не изменил положения своего тела, только мышцы напряглись. Почувствовав железо этого огромного тела, мясник отстранился и уже с обидой проговорил:
– Мы, макеларии, народ дружный. Друг друга любим и уважаем как братья. Чужаков не принимаем. А кого принимаем того долго испытываем. А, может, ты и пить, и девок пользовать, и… говорить не умеешь? Да человек ли ты?
Гудо попытался встать, но опьяневший мясник с силой удержал его:
– Гнушаешься моим присутствием? Моими объятиями. Зря. Ведь я с душой к тебе… С благодарностью. А ты вот какой… Думаешь, напугал бродяг топором и все на этом? Ты еще не стал против кнутобойца. Тот из другого теста. Какой отважный и умелый был Тавлесий.
Но кнутобоец его так отделал своим кнутом, что из Тавлесия выбил всю смелость, умение, да, пожалуй, и ум.
– Что за кнутобоец? – тяжело и медленно спросил Гудо.
175
Личи́на – часть шлема в виде металлической маски. Полностью закрывает лицо, защищая его от не очень сильных ударов, к тому же оказывает психологическое воздействие на противников.