Но, на то и существует враг Всевышнего, чтобы искушать, изгибать и ломать мужчину. Для этого мужчину нужно расслабить и размягчить. Вино и женщины – главное оружие Сатаны. Думается ли о кровавой сече, находясь в объятии прелестницы, вспоминаются ли боевые друзья, когда целуешь обнаженную грудь и чарующие глаза, возможно ли подсчитать необходимые для похода запасы, и вообще – хочется ли идти в жару и пыль, когда лежишь в прохладе спальни и под рукой у тебя кувшин со сладким вином? А тут еще нежный голос шепчет над самым ухом, а шелковая рука гладит по мускулистой груди и очень трогательно маленький пальчик водит вдоль многочисленных шрамов. А голос все о том же – как прекрасна жизнь в Константинополе, а особенно прекрасна жизнь владыки Константинополя. Или на худой конец в собственных обширных землях, но с королевской короной на голове. А еще долгий рассказ о великом Александре Македонском, покорившем весь мир…
Подобные мысли уже мелькали в голове Рожера да Флора, не имевшего и клочка собственной земли. Но теперь ему представился счастливый случай добиться этого и значительно большего. И все это недалеко. Стоит только пересечь Босфор и обрушится на турецких беев.
И тут началось то, что более всего и интересовало Арни де Пелака в рассказе рыцаря, потомка знаменитых каталонцев, теперь охраняющего Золотые ворота.
Воодушевленный ночным шепотом, подталкиваемый собственным интересом, и радостно провожаемый императорским двором и ликующей чернью Константинополя, Рожер де Флор переправился через Босфор. Череду своих подвигов он начал с того, что еще в самом Константинополе изрядно потрепал генуэзцев и опустошил их сундуки, чем освободил самого василевса от нежелательной для него опеки от хищных торговцев из могущественной Генуи.
Теперь за спиной бывшего пирата, доброго к друзьям и жестокого к врагам находилось до десяти тысяч умелых и отважных воинов: каталонцев, арагонцев, наварцев, жителей Балеарских островов. Оставшиеся после временного мира в Европе без дела католические рыцари и многие пехотинцы-альмоговары с удовольствием примкнули к уже имеющемуся войску «Каталонской компании» и теперь представляли собой невероятно могучую армию.
Закаленные в боях с маврами Испании эти воины огнем и мечом прошлись по землям Малой Азии, оставляя после себя горы мусульманских трупов. Еще бы! Ведь рыцари, ведущие реконкисту[215], не только отражали атаки турецкой конницы, но и, в отличие от византийцев, преследовали ее до уничтожения. А альмоговары еще в Европе прославились невероятной дисциплиной и храбростью, позволяющими им противостоять даже тяжелой рыцарской коннице. Вначале они убивали коней, а затем дружно добивали всадников. А еще альмоговары были известны как самые жестокие и умелые абордажные команды на всем Средиземном море. Это войско разительно отличалось от византийского, и прежде всего, кровожадностью и настойчивостью.
Турецкая конница в ужасе бежала всякий раз, едва заслышав как залитые мусульманской кровью альмоговары, высекая копьями и мечами искры при ударе их о камни и скалы, выкрикивали свой знаменитый боевой клич: «Desperta Ferres!»[216]. Очень скоро войско Рожера де Флора пробилось и сняло длительную осаду турками города Филадельфии.
Филадельфия и многие другие города, перед тем захваченные турками, с радостью встречали своих освободителей. Греческое население этих городов тут же принялось разрушать мечети и грабить дома мусульман. Они даже и представить себе не могли, что за этим последует.
Для «освободителей каталонцев», ярых католиков, что мусульмане, что православные были лишь добычей – главной целью на войне. А тут еще и выяснилось, что василевс Византии не просто задерживает оговоренное жалование, но и не имеет возможности выплатить его своему наемному войску. И полились слезы ограбленных и изнасилованных женщин. Полились ручейки крови возмущенных мужей. Войско перешло к грабежу всех и всякого, отдавая оговоренное своему предводителю Рожеру де Флору.
Но об этом лишь вскользь упомянул рыцарь Райнольд. После описания славных битв, храбрости и доблести, конечно же, следовало сказать о значительной добыче, доставшейся славным рыцарям после бегства проклятых турок. А что бывает и еще… На то и война. На ней и храбрости и подлости, доблести и низости всегда хватает с избытком – при этом главное то, кто и как на это смотрит и как это оценивает.
215
Исп. и порт. Reconquista – отвоевывание) – длительный процесс отвоевания пиренейскими христианами – в основном испанцами, каталонцами и португальцами – земель на Пиренейском полуострове, занятых маврскими эмиратами.