– С давних времен жили люди в той местности, что носит название Халкидика. Ты не мог не заметить, что за дивные эти края. Целебный горный воздух, чистая вода ручейков, густые леса, изобилующие живностью, ласковое море с его рыбой и моллюсками. А еще плодородная земля на равнинах. Из той черной земли вышел на поверхность первый человек Кассандр…
Верно. Все это так. Гудо собственными глазами видел красоту и полезность этой земли. Особенный восторг у него вызвал подъем на горную гряду, с которой открывался чарующий вид на лежащую внизу долину, оканчивающуюся далеко в море высоченной горой, на которую многократно перекрестились монахи-пастухи и сладостно прошептали: «Сподобились еще раз увидеть святую землю, Святую гору».
– …Только тряслись горы, штормы бились о скалы, ветер разрушал камышовые хижины, солнце сжигало посевы. Не знавшие слова божьего несчастные люди наделили силы природы божественной властью. Под землей Аид, в морях Посейдон, на небесах Зевс. А еще множество других менее значимых, а от того и более вмешивающихся в жизнь людей богов и полубогов. А еще были огромные и сверхсильные титаны, сыновья Урана-неба и Геи-земли. Много вреда людям и богам причиняли эти гиганты. Даже воевали с богами, метая в них огромные скалы.
Однажды два титана Ситон и Афон не поделили между собой прекрасную русалку Палинию и устроили шумную схватку. Этим они вызвали гнев Посейдона. И метнул бог морей свой волшебный трезубец на Халкидикский полуостров и вытянулись от него три длинных пальца-полуострова: Кассандр, Ситоний и Афон.
Множество всякого было на этих землях. Строились языческие храмы, в которых в жертву приносили даже людей, города, селения. Люди сеяли зерно, выращивали скот и непрерывно убивали друг друга в бесконечных войнах….
– Как не вспомнить Цицерона: «O tempora! O mores[123]! – опять не удержался Гудо.
– Тебе известен Цицерон и его труды? – немало удивился святой отец.
– И многие из древних мудрецов. У меня был исключительно мудрый наставник. В его голове уместилось все, что известно на земле. Его уроки забыть не возможно.
– В монастырских библиотеках хранятся многие мудрости, многих народов. И еще никому не удалось вместить в одну голову все.
Гудо промолчал. После паузы вежливости отец Александр продолжил:
– Верно, нравы были ужасные. И сейчас еще слабы люди. Но Господь дал нам возможность стать на путь истины, послав сына своего и через него свое великое учение. Это великая возможность жить в мире и в доброте, без крови и унижений. Нашлись многие, кто жизнь свою посвятил служению Господу и на благо людей. Многие из них избрали земное существование на святой земле Афона, к которому сейчас прикован взгляд каждого православного, соизмеряющего свои мысли и поступки с подвижничеством святых отцов Афона.
– Почему именно Афона?
– Эту землю попросила у своего сына Божья матерь. Предания гласят, что святая Богородица и евангелист Иоанн отправились в морское путешествие на Крит. Но их корабль попал в шторм и сбился с курса, пристав к подножию горы Афон. В этом месте сейчас расположена Иверская обитель монастыря. Пораженная красотой здешних мест, Матерь Божия попросила Господа сделать Святую гору Ее земным уделом. Тогда же первые анахореты[124] пришли на Афон и стали молится Господу в пещерах. Их число росло, как и божья благодать этих мест. Ведь они часто посещались Пречистой Девой, опекающей свой земной удел. Она же сподобила триста пятьдесят лет назад монаха Афанасия основать святогорский монастырь, который сейчас известен всему христианскому миру как Лавра святого Афанасия.
Храня верность Божьей матери и строго соблюдая уставы монашеской жизни, основатель Лавры строго запретил любому существу женского пола, человеческому и животному, ступать на землю полуострова. С того дня время на Афоне замерло, а жизнь потекла по руслу выбранному монахами – в строгости и в святости.
– Так вот почему ваши монахи не позволили Грете… – и Гудо умолк.
– Но я уже слышу стук била! – радостно сообщил отец Александр.
Гудо прислушался и действительно уловил приглушенный звук, рождающийся от удара палкой по дереву:
– Что это?
– Это монах-канонарх в длинной мантии обходит весь монастырь перед службой. Он бьет деревянным молотком по широкой деревянной доске, по виду напоминающее двухлопастное весло. Так праведник Ной созывал всех – и людей и животных – в свой спасительный ковчег перед потопом. Слышишь? Сейчас стук будет ближе. Слышишь: «То талантос, то талантос, то тала-тала-талантос!». Звуки складываются в слово талант. У каждого человека есть талант, данный им Господом, и о том, что пора его вкладывать в лучшее – в молитву – и приумножать его. Сейчас наступит полночь* (по афонскому подсчету времени полночь – это закат, и все остальное время отсчитывается от заката. И в наше время Святой Афон живет по собственному времени, и каждый месяц часы подводятся, потому что каждый месяц закаты приходятся на разное время) и монах-канонарх подойдет к колоколу. После его звучания начнется богослужение и новый день. Давай и мы опустимся на колени и поблагодарим Господа общей молитвой.