Выбрать главу

Он сидел уже около двадцати минут, дав себе слово досмотреть этот шизофренический спектакль до конца. Спецы, устав, привалились к уснувшему на свежем воздухе «Форду», а из банка по-прежнему никто не выходил.

Окурок второй сигареты нарисовал в темноте параболу, ударился о ветку березы и рассыпался на десятки искр. «Отличная конспирация, – похвалил себя Струге. – Впрочем, от кого я тут шифруюсь?»

И тут... его словно ударило током!..

Сигнализация...

Да какая к черту может быть сигнализация, если...

Черт!..

Он догадался слишком поздно. Его мысли сбили те самые «водопроводчики», показавшиеся из двери подвала. В их руках не было больше трубы. На плече одного из них по-прежнему болталась сумка, и они стремглав неслись к джипу...

Нужно было срочно принимать решение.

Антон вышел из темноты на дорогу и громко свистнул собровцам. Те вяло повернулись и, словно головы с острова Пасхи, окаменело уставились на Струге.

– Бегом ко мне! – крикнул Антон, понимая, что это его последний крик. Теперь кричать было уже некогда, потому что неразлучные в ночи «водопроводчики» были в метре от него.

Под первый удар Антон подсесть успел, среагировав в свою очередь локтем – в брюшину парню с сумкой. Тот бежал первым, и на плече у него была сумка, поэтому удар у него не получился. «Встретив» на полном ходу локоть Струге, он глухо выдохнул, словно подавился кашлем, и по инерции полетел к джипу. Сумка, оборвав ремень, улетела за спину Антона.

А вот с ударом второго злодея у Антона случился конфуз. Едва он успел сгруппироваться, как в голове раздался звон, будто ударили в Царь-колокол в тот момент, когда он зашел внутрь его. Следом посыпались искры, и Антон уже не ощущал себя в пространстве. Лишь по боли в пояснице и затылке он понял, что опрокинут навзничь. Пытаясь продраться сквозь множество фиолетовых, малиновых, бирюзовых и алых штор и даже помогая себе руками, Струге никак не мог добраться до момента восприятия действительности...

Как отъезжала, едва не ударив его крылом, машина, как к месту происшествия подбежали собровцы, он не помнил...

Он пытался встать, но локоть съезжал куда-то в сторону, и он плюхался лицом в землю...

Он снова пытался встать и снова падал. В боксе это называется – нокаут. После этого боксеру запрещают месяц работать на ринге, а человеку обычному – вставать с постели.

Глава 5

– Где бабки, сука-а-а?! – орал Пастор.

Соха, забившись в дальний угол на переднем сиденье, вопил:

– Пастор, бля буду, эта падла с плеча сорвала!!! Кха-а! Кххха-а...

– Убью гада!!! – Пастор одной рукой вел на бешеной скорости джип, а второй, правой, что есть силы молотил – куда попадет – Соху. – Убью-ю-у!

Устав, он зарычал, захлебываясь собственным бешенством. Вор был похож на раненого волка.

– Он был у меня в руках! Он был у меня в руках... Общак был у меня...

– Пастор! – заорал Соха, которого внезапно охватила ярость. – Давай вернемся и всех на хер перестреляем!!! – Он выдернул из-за пояса «вальтер». – Давай вернемся и всех сук перестреляем!!! Там наш общак!

Пастор не был бы Пастором, если бы именно в такую минуту его мозг не начал работать, как компьютер. В минуты опасности или неудач в отличие от большинства им овладевало не отчаяние, а трезвый расчет. Он уводил машину подальше от банка, выбирая самые темные дороги. Сейчас было главное – уйти и потеряться. Один раз общак уже побывал в его руках. Значит, будет и во второй. Не все потеряно. Все еще только начинается...

А как все грамотно было задумано!

Основным условием было обязательное присутствие в банке ментов. Они ждут нападения. Несколько человек будут обязательно стоять у входа, ведь у них тоже есть обязательное условие – «отсвечивать», всем своим видом показывая, что общак здесь, раз они стоят и охраняют. Соха даже засмеялся от радости, когда увидел у дверей банка СОБР.

– Смотри, смотри, Пастор! Мусора в цирк играют! Дятлы красноголовые. А внутри, наверное...

– А внутри – батальон внутренних войск с рыболовными сетями, – перебил его Пастор. – Ты уверен, что труба выдержит?

– А куда она денется?

– А куда ты денешься, если она не выдержит? Смотри, я тебя предупреждал – там еще одна была. – Пастор сознательно подводил Соху под «косяк». Если что-то не получится технически и в этом будет виновата длина или прочность трубы – виноват будет Соха. Тот это понимал, но с патроном спорить не будешь.

Только изощренный ум Пастора мог до такого додуматься. Для этого нужно иметь не просто мозги, а очень хорошие мозги. Не обладая никакими специальными техническими навыками, основываясь лишь на бытовом восприятии реальности, можно рассуждать таким образом: раз общак в банке и его вынуждают на налет, значит, весь банк переполнен спецназом. Куда они могут деть деньги? Куда-нибудь в дальнее помещение. В том, что деньги в банке, Пастор не сомневался. Менты так же боятся утечки информации, как и он. Они все ставят на кон. Значит, стоит ли рисковать – не брать с собой деньги? А если кто-нибудь возьмет да «цинканет» Пастору, что общак остался в РУБОПе? В банке деньги, в банке... Они ждут налета, но не кражи. В чем сила банка? Не в его фуфловой охране, а в его сигнализации. Сложной, многоступенчатой, хитроумной системы защиты от тайного проникновения. Поэтому банк можно взять на «гоп-стоп», но никак не украсть что-то из него с улицы! А когда из банка можно украсть деньги? Естественно, когда отключена сигнализация! А она и не включена! В банке находятся люди! Толпа вооруженных людей! Как можно при таком раскладе включать систему защиты? Но как тогда украсть? Через двери – глупо. Через парадный вход зайти? Не «катит». Соха мусорам обязательно что-нибудь ляпнет, и те догадаются, что двое пришедших – бандиты... Смешно.

Обычно проникают через крышу. Но только не Пастор. Пастор проникает в помещение через пол.

Соха укрепил на бетонном полу подвала домкрат, поставил на него трубу и облегченно вздохнул – труба была нужной длины. Теперь нужно было, чтобы она выдержала силу сжатия и не прогнулась.

– Ставь трубу рядом с колонной, помощник, мать!.. – вполголоса матюгнулся на него Пастор. – Тогда только кусок отломится! Какого хрена ты посреди комнаты его поставил? Хочешь, чтобы нас сверху сейфами засыпало?

Некоторое время Соха качал ручку вхолостую, поднимая трубу до потолка. Когда та уперлась и на голову жулика посыпались первые крошки известки, он остановился и вытер со лба пот.

– Слушай, Пастор, а если они сейчас над трубой?..

Вот это было бы уже не очень смешно. Понос одним и камера в СИЗО другим были бы обеспечены одновременно.

– Не бойся. Ты был хоть раз в этом банке?

– Нет, – сознался Соха. – Хули я, клерк, что ли?

– Баран ты, а не клерк. Своих партнеров знать нужно в лицо. Это комната для переодевания персонала. Самое главное, чтобы они не услышали звук подлома. И это... Хочешь совет?

– Ну...

– Нет, хочешь или – нет?

– Ну, хочу.

– Не хочешь, как хочешь. – Пастор отошел подальше и спокойно приказал: – Качай.

– Нет, ты скажи – что за совет?! – зашипел Соха.

– Точно хочешь? Ну, ладно. Когда услышишь треск – хавальником не щелкай и витрину вверх не задирай. Бросай все ручки-трубы и вали в сторону. Я один раз так «стреманулся», что две недели с кровати не вставал.

Соха побелел:

– И ты бы мне сейчас не сказал, если бы я не настоял?

– Мне тот вор тоже не сказал... Качай! Или у тебя времени до хера?! – Пастор перешел на свистящий шепот. – Может, тур вальса по подвалу зарядим?..

Через десять минут, за которые помощник вора едва не надорвал живот, раздался оглушительный грохот и Соха, как заяц, отскочил в сторону...