„Ржавей с миром”, — скажут они... Жаль, что я не смог выполнить просьбу Фрица.
— Отпустите его!
Нет!
Цепляясь за камни, одетый в саван, покрытый плесенью Фриц появился в дверях мавзолея. Он всегда все знал...
— Отпустите его! Я, ЧЕЛОВЕК, приказываю вам!
Он еле дышал, а солнечный свет постепенно убивал его.
Древние реле моих собратьев со щелчком срабатывают, и я внезапно освобождаюсь.
— Да, господин, — ответил Обер. — Мы не знали...
— Схватить этого робота! — Фриц указал трясущейся высохшей рукой на Обера. — Это роборотень. Уничтожьте его. Собиравший цветы выполнял мой приказ. Оставьте его со мной.
Фриц упал на колени, и последние стрелы дня пронзили его тело.
— Вон! Все вон! Быстро! Повелеваю: ни один робот никогда больше не должен входить на кладбище!
Фриц свалился. На пороге нашего дома остались только кости и куски гнилого савана.
Фриц сыграл свою последнюю шутку: назвался человеком.
Я подбираю розы для Кеннингтона, а безмолвные роботы навеки уходят строем за ворота, унося с собой непротестующего Оберробота.
Я возложил розы у подножия памятника — Кеннинг-тону и Фрицу — последним странным, истинно жившим существам.
Я остался один.
В лучах заходящего солнца я вижу, как роботы, вогнав кол в источник питания Оберробота, хоронят его на перекрестке дорог.
Потом они спешат обратно к своим башням из стали и пластика.
Я собираю останки Фрица и несу их вниз, к его я-нику.
Гордость и полнейшее одиночество — таков удел стальной пиявки.
Слушайте, пожалуйста, слушайте. Это очень важно! Пришло время вновь напомнить вам о вещах, которые нельзя забывать.
Сядьте и закройте глаза. Перед вами предстанут удивительные картины. Дышите глубже, вы насладитесь чудными запахами, неизведанными ароматами... Вы почувствуете вкус блюд, о которых я расскажу. Если вы будете внимательно слушать, то кроме моего голоса услышите множество других звуков...
Есть место далеко в пространстве — но не во времени, если вы еще не забыли, — место, где, наклонно вращаясь вокруг своей оси, планета обходит солнце, где сменяются времена года и год, начинаясь с весеннего цветения, возвращается к поздней осени, когда пестрота красок умирающей природы в конце концов превращается в шуршащий под ногами однообразно-коричневый ковер опавших листьев, по которому вы гуляете, сейчас гуляете. Пар от вашего дыхания поднимается в морозном утреннем воздухе; сквозь голые ветви деревьев видно, как по бескрайнему голубому небу плывут облака, но не дают дождя. На смену осени приходит царство холода, и засыпанные снегом ели торчат, как свечи; каждый ваш шаг оставляет на белой пустыне глубокие ямки следов, и горсть снега, принесенная в дом, превращается в обыкновенную воду.
Птицы не свистят, не щелкают, не щебечут, как в пору цветения, — они молча летают над темными островками вечнозеленых лесов. Это время, когда природа засыпает, ярче горят звезды (не пугайтесь — эти звезды неопасны) и дни коротки, а ночи длинны и есть время размышлять (философия родилась в холодных краях Земли), играть в карты, пить ликеры, наслаждаться музыкой, устраивать вечеринки и флиртовать, смотреть наружу сквозь оконные стекла, изукрашенные фантастическими морозными узорами, слушать ветер и гладить мех колли — здесь, в этом царстве холода, прозванном на Земле зимой, где все живое приспосабливается к неумолимой смене времен года: зелень лета сменяет дождливая серая осень, затем приходит снежная зима, а за ней— весна, пора цветения и буйства красок: сверкание росы на лугу, тысячи насекомых, прелесть утренней зари, которую вы встречаете, сейчас встречаете, наслаждаясь и впитывая весну всеми порами кожи... Здесь я хочу заметить, что смена времен года на Земле подобна течению человеческой жизни, лишь рисунок генов неподвластен времени — вот истина, рожденная осознанием бренности бытия: „При жизни человека не суди о благосклонности к нему Судьбы”. И пусть останутся в веках мудрые слова Аристофана, рожденные в колыбели человечества — на земле ваших отцов и отцов ваших отцов, в мире, который вам нельзя забывать; в мире, где Человек Смелый создал первые орудия для преобразования природы, боролся с природой, затем с собственными орудиями и, наконец, с самим собой и хотя он не одержал полной победы, он покинул свой мир, свою колыбель, чтобы странствовать меж звезд (не бойтесь этой звезды — не бойтесь, пусть температура ее растет, звезда не опасна) и сделать род человеческий бессмертным, покорять просторы Вселенной, нести светоч разума до крайних ее пределов, но всегда оставаться человеком, всегда! Не забывайте! Никогда не забывайте деревьев Земли: вязы, пирамидальные тополя, похожие на кисти художника, обмакнутые в зеленую краску, платаны, дубы, смолистые кедры, звездолистные клены, кизил и вишневое дерево; цветы: горечавку, нарцисс, сирень и розу, лилию и кроваво-красный анемон; вкус земных блюд: шашлыка и бифштекса, омара и длинных пряных колбас, меда и лука, перца и сельдерея, нежно-багровой свеклы и веселой редиски — не дайте им исчезнуть из вашей памяти! Вы должны помнить их, должны остаться людьми, даже если этот мир не похож на Землю, — слушайте! Слушайте!. . Я -душа Земли, ваш постоянный спутник, ваш друг, ваша память — слушайте голос своей Родины! Слова, которые объединяют нас с поселенцами на сотнях других миров!..