Центральное место в скорбном опыте еврейского народа принадлежит проблеме слабости евреев, которая представляется оборотной стороной их силы. Меж этих двух полюсов и протекала еврейская история нового времени. Конечно, за последнее столетие – период, составляющий основной предмет нашей книги, – еврейский народ пережил наиболее резкие колебания маятника обстоятельств от одного полюса к другому. Погромы в России, дело Дрейфуса, надвигающаяся гроза антисемитизма, и ее кульминация – чудовищный взрыв Холокоста, циничная британская политика пресечения попыток палестинского ишува привести евреев Европы в спасительную Обетованную Землю, – вот те трагические ступени, по которым народ опустился до полнейшего немощного бессилия. И, соответственно, возрождение Израиля, возвращение евреями их былой военной мощи и их выдающиеся победы над противником, превосходящим в силе и технике, знаменовали собой движение в противоположном направлении. Хотя столь трагические колебания и происходили лишь в последнем столетии, я считаю, что возрождение Израиля можно осмыслить лишь в гораздо более широкой перспективе, в свете тысячелетней истории. Ибо евреи – один из древнейших народов Земли, обладающий к тому же особой исторической памятью. Возрождение Израиля было сознательным стремлением избавиться от мертвой хватки непреходящего страдания, вплести в ткань еврейского будущего прочные нити неумирающей коллективной воли и целеустремленности, коренящейся в героической традиции.
Чтобы в полной мере осмыслить эту взаимосвязь силы и слабости в истории евреев, необходимо проследить положение нашего народа в течение гораздо более длительного периода времени, нежели современная эпоха. Исходной точкой такой перспективы, должно неизбежно стать положение евреев в древности, ибо именно в этот период происходило накопление жизненно важного опыта нации, формирование многих черт еврейского характера, еврейского мировосприятия, зарождались надежды, возлагаемые евреями на будущее.
В противоположность тому представлению о евреях, которое сложилось главным образом в последнее время, евреи в древности вовсе не были покорными жертвами. Напротив, они славились совершенно иными чертами национального характера, о чем свидетельствуют эллинистические и римские источники. В древности евреев, пожалуй, не слишком любили, но, несомненно, уважали за решимость и умение отразить любые посягательства на их права и свободу. Трудно найти другой народ, который бы так долго и упорно сопротивлялся столь необоримым обстоятельствам. Хотя земли евреев завоевывались поочередно и ассирийцами, и вавилонянами, и персами, и македонцами, и римлянами, и византийцами, и арабами, еврейский народ сопротивлялся почти двадцать веков.
На этом первом длительном этапе своей истории еврейский народ породил целый ряд замечательных военачальников и политических деятелей, возглавивших его затянувшуюся борьбу. Вряд ли в истории какой-либо нации найдется такой реестр, если найдется вообще: Моисей, Иисус Навин, Гидеон, Девора, Саул, Ионатан, Давид, цари Израиля и Иудеи, Нехемия, Маккавеи, Бар-Кохба, Элазар Бен-Яир, Иегуда Галилеянин, Шимон Бар-Гиора и другие менее известные иудейские предводители успешных восстаний против Рима и Византии.
Еврейскую диаспору в древности отличало еще и особое еврейское сопротивление. Со второго века до н.э. и вплоть до завершения римского владычества, евреи в Египте, Сирии и Римской империи славились своей способностью к политическому и вооруженному сопротивлению погромам, резне и грубому нарушению их прав со стороны нееврейского населения, среди которого они жили. “Вы знаете, как велика толпа их, как они сплочены, и какое влияние они оказывают”, – сетовал Цицерон, пытаясь избежать несвоевременных столкновений с евреями Рима[510]. Против Рима и Византии евреи Иудеи боролись буквально в одиночку, оказывая в течение шести веков совершенно безнадежное сопротивление сверхдержаве, покорившей значительную часть цивилизованного мира.
Если и существует какое-либо качество, которое евреи вынесли из собственной древней истории, то это – упорное нежелание уступать другим народам свою религиозную и политическую независимость, а равно и готовность к неустанной борьбе с потенциальными угнетателями. Порой они в этом преуспевали, хотя гораздо чаще – нет. Но они никогда не прекращали этой борьбы, что уже само по себе сохранило их самобытность и систему ценностей, и уберегло их от ассимиляции и исчезновения, которые постигли бесчисленные другие народы, не устоявшие перед мощью империй.