cite
«Когда войска 61-й армии... стали приближаться к городу и железнодорожному узлу Лунинец, — пишет Алексей Ефимович, — командующий армией генерал-лейтенант П. А. Белов поставил перед партизанами боевую задачу — оказать помощь советским воинам в овладении этим важным опорным пунктом противника.
Подпольный обком партии и командование соединения организовали операцию в районе Лунинца с целью перерезать железные дороги Лунинец — Барановичи и Лунинец — Пинск. В ночь на 3 июля партизаны начали наступление на гарнизоны станций Люща, Бостынь и Ловча. В эту же ночь было подорвано 697 рельсов. Овладеть полностью станциями партизаны не смогли, потому что гарнизоны этих станций были сильно укреплены. Однако противнику, засевшему на станциях, были нанесены большие потери, и железная дорога Лунинец — Барановичи на участке Люща — Бостынь 3-го и 4-го июля не работала»[25].
End cite
Далее А. Е. Клещев пишет, что в ночь на 5 июля станции были атакованы вторично. В результате партизаны подорвали 130 рельсов и зажали севернее станции Люща бронепоезд противника. До прихода частей Красной Армии дорога не восстанавливалась.
Активные действия партизан оказали существенную помощь нашей 55-й и 23-й дивизиям в ходе наступления на Лунинец. Они вынудили врага оттянуть часть своих сил с оборонительных рубежей и бросить их на охрану дорог и станций.
К 6 часам утра 10 июля 107-й и 111-й полки дивизии, перерезав железную дорогу Лунинец — Барановичи, заняли в районе Новина исходное положение для штурма города. В 7 часов утра наши части, взаимодействуя с 23-й дивизией, ворвались в Лунинец и к 10 часам полностью освободили его.
Действия наступающих частей были настолько стремительны, что гитлеровцы не успели даже вывести эшелоны с военным имуществом. Понесли они большие потери и в живой силе. В тот же день мы приняли по радио приказ Верховного Главнокомандующего: личному составу дивизии объявлялась четвертая благодарность. А через несколько дней был получен Указ Президиума Верховного Совета СССР о награждении нашей дивизии орденом Красного Знамени. 107-й и 111-й полки получили наименование Лунинецких.
Во всех частях и подразделениях прошли митинги. Офицеры и солдаты поздравляли друг друга. Помню митинг в 107-м полку. На поляне выставлены стенды, подготовленные дивизионным клубом. На стендах — портреты солдат и офицеров, отличившихся в боях. Выступали передовые воины полка: сержант Николай Сараев, агитатор подразделения Михаил Вдовин, многие другие.
Мы — краснознаменные! Значит, должны драться еще смелее, еще лучше, еще мужественнее — эта мысль пронизывала все выступления.
Бойцам и офицерам командиры и политработники вручали именные благодарственные грамоты.
Дивизионная газета «Победа» писала: «Поклянемся покрыть новой славой наши знамена. Да будет счастливым наш путь на запад — победный путь!»
Продолжая преследовать противника, части дивизии в районе станции Вулька впервые соединились с соседом справа. Теперь нашим соседом слева была 23-я стрелковая дивизия, а соседом справа — 55-я гвардейская стрелковая дивизия 28-й армии. Две 55-е дивизии шли вперед рядом.
Мы продолжали путь в Пинских болотах. Они тянулись на многие и многие километры. Отступая, фашисты заминировали дороги. Стрелковые подразделения обходили минные поля и завалы, часто по пояс и по грудь в гнилой воде. Еще труднее было артиллеристам. Застревали машины с боеприпасами и продовольствием. Интендантам не всегда удавалось справляться со своими задачами. Им тоже было нелегко. В мороз и распутицу, под яростной бомбежкой, артиллерийским и пулеметным обстрелом офицеры и солдаты службы тыла стремились доставлять все, без чего армия не может существовать.
Доброе слово о них я хотел бы подкрепить рассказом о нашем дивизионном ПАХе — полевом автохлебозаводе. Мне запомнился случай, когда во время артиллерийского налета вражеский снаряд попал в дежу с тестом и осколки ранили пекарей. Но легкораненые не покинули своих постов до тех пор, пока не испекли хлеб.
В работе интендантов были и риск, и опасность, а главное — труд без отдыха, труд напряженный, очень ответственный (нельзя оставлять бойцов голодными). Хлебопекарные печи, тестомесильные агрегаты и прессовальные машины, смонтированные на автомобилях с прицепами, цистерны для воды, различный инвентарь, палатки... — отнюдь не просто было содержать это громоздкое хозяйство в порядке и постоянной готовности. А еще труднее было поспевать с ним за наступающими частями. Начальник ПАХа майор Ситников, старший лейтенант Чернявский а все бойцы — среди них было много девушек, — выбиваясь из сил, тащили машины ПАХа по Пинским болотам. Только бы не отстать!