Если верить Рэндольфу и относиться к его писаниям всерьез, то следует полагать, что он на самом деле отделяет "магическое семя", vîrya, от вещественного. Женские объятия пробуждают в мужчине силу, с помощью которой он в момент эякуляции способен отделить магическую вирильность от вещественной, и женщина оказывается как бы обманутой — она получает лишь безжизненную жидкость, лишенную гипербиологического компонента. В то же время, возможно, сакрализация и ритуализация чисто детородного полового акта, существующая в креационистских религиях, подобных исламу, придает биологической эякуляции и некоторое магическое значение. В любом случае ясно, что Рэндольф придает особое значение живительной и динамической силе воображения, которую следует поставить на службу "магическим целям". Это единственный ключ к относительному пониманию того, что он все-таки хочет сказать о правилах полового соития, если, конечно, он их действительно воспроизводит в своей книге, а не занимается мистификацией. Все-таки мы полагаем, что одновременный "эротический кризис" у мужчины и женщины понимается чисто как "творческий" и не может быть истолкован в материально-физическом смысле обычного полового акта. К животному зачатию способна и очень молодая, и фригидная, и изнасилованная женщина, а оплодотворяющее действие сперматозоида в яйце может наступить даже через несколько часов после оргазма. Возможно, к тому же, и искусственное оплодотворение. А, значит, не об этом говорит Рэндольф.
Отметим, что он приводит некоторые особые схемы позиций при половом сношении — это все вполне в ключе его теории "гибкости". В данной книге обо всем этом можно лишь упомянуть в самых общих чертах. Достаточно указать, что некоторые древние тайные традиции, пусть в искаженном виде, но дожили до наших дней, и те сексуальные "позиции", которые сегодня мы сплошь и рядом встречаем в профанической и "свободной" эротике, — всего лишь остатки древних и даже магических ритуалов.
Очевидно, что участие в описываемых Рэндольфом "операциях" в области половой магии требует большой подготовки и даже своеобразно-парадоксального "раздвоения личности": с одной стороны, неизбежно саморастворение и экстатическое слияние с женщиной вплоть до осуществления "не-дуальности", необходимой для успеха "операции", с другой — адепт должен сосредотачивать свое внимание на собственном "втором Я", которое может быть связано как с "магической молитвой", так и с совершенно "профанным" предметом — здесь важна сама концентрация.
Рэндольф выдвигает и некоторые особые требования, как, например, семидневную подготовку, за которой следует "оперативный период" в четырнадцать дней и сам "ритуал" — три дня[988]'. Говорит об особой подготовке места. Женщина должна спать в отдельной комнате; ее нельзя часто видеть; ее нельзя видеть даже тогда, когда между партнерами уже возникло магнетическое притяжение. После каждой "операции" женщина должна уединяться и пребывать в молчании. Все это свидетельствует о ее чисто инструментальной, вспомогательной роли в половой магии.
Наконец, Рэндольф предупреждает против общения с "инкубами и суккубами, которые воплощают ваши же сокрытые желания и пороки". Человек может стать их рабом, не способным от них избавиться[989]'. О том же, хотя и иными словами, предупреждал и Креммерц, говоривший о "безмолвно заключенных соглашениях" с темной силой. С более серьезной и объективной точки зрения, эта опасность не обязательно связана с "желаниями и пороками" — она глубже. Как мы уже говорили, здесь проявляет себя обнажение и объективация стихийной, безличной силы пола (точнее, секса как такового) в том или ином проявлении. Человеческая пассивность и покорность этой силе порождает состояние "одержания", "одержимости", разрушения личности и души в прямом богословском смысле этого слова. Здесь оказываются затронутыми самые глубокие слои бытия, как, впрочем, и в профанической любви, когда человек оказывается "сражен" женщиной (или наоборот), и тогда у него (у нее) начинается распад личности и часто даже наступает смерть.