Поющие немцы понемногу затихли; многие из «иронизирующих» нацистов выходили из бара, и клубы холодного воздуха врывались внутрь каждый раз, когда распахивалась дверь.
— Мы… мы пытаемся найти кого-нибудь, кто помог бы нам добраться до Дамараленда. Нам там нужно кое с кем встретиться. Но, похоже, это… просто невозможно.
Немец уставился на них, почти не мигая.
— Вы сказали — Дамараленд?
— Да.
Он окинул обоих внимательным взглядом.
— Ну, может, у вас сегодня удачный день.
— То есть?
— Я могу вас прихватить. Возможно. Я туда отправляюсь завтра, вместе с несколькими защитниками природы, у нас там дела насчет наших элечек.
— Насчет чего?
— Пустынные слоны. Это то, чем я сейчас занимаюсь. А ферму оставил на брата. Слишком скучно. — Ганс хихикнул. — Я помогаю экологам, правительству. Сафари для туристов и так далее. Намибия — не из тех мест, где можно просто гулять по окрестностям.
Эми тревожно улыбнулась.
— Мы уже заметили.
Ганс кивнул, рассмеялся и заказал еще пива. Он задал Дэвиду и Эми пару вопросов, потом еще пару вопросов — а потом встал, положил на стол несколько намибийских долларов и помахал рукой официанту.
— Ладно. Будем считать, что договорились. Рад вам помочь. Похоже, вы в этом нуждаетесь, как никто другой в этом месте. — Он направился к двери, но остановился. — Но вам придется встать очень рано, ребята. Отправляемся в семь утра. Дорога долгая.
— Но… где мы встретимся?
— У мемориала гереро[72]. Это название племени. Вы нас сразу заметите — мы будем на «Лендроверах».
Дэвид и Эми во все глаза смотрели, как Ганс исчезает в ночи. Наконец-то им повезло. Они облегченно вздохнули, расплатились за пиво, поймали такси и поехали в свой отель.
Но их хорошее настроение очень скоро подверглось очередному испытанию.
Когда они проходили мимо стойки портье, перед ними вдруг возник робкий, несчастный Раймонд; он перегородил им дорогу к лифту.
— Привет.
— О, Раймонд…
Менеджер был явно встревожен; он приложил палец к губам, давая знать, что следует вести себя как можно тише. Жестом указывая на темный угол, зашептал:
— Пожалуйста, пожалуйста… давайте отойдем… послушайте!
— Раймонд, что…
Он нахмурился, прячась в тени.
— Вас кто-то ищет.
— Кто?
Глаза Эми расширились от испуга. Раймонд пожал плечами, продолжая хмуриться. Весь отель как будто потемнел и затих.
— Невысокий человек. Довольно полный. Почти бородатый. Акцент испанский.
Эми прошептала, склонившись к Дэвиду:
— А что, если это… Энока?
Дэвид резко спросил:
— Что он говорил, тот человек?
— Не особенно много. Сказал только, что ищет белую пару. По описанию — вас. Я ничего ему не сказал… но он вас ищет. У него татуировка на руке. Похоже на немецкую… свастику.
— Энока, — выдохнула Эми.
Энока.
Дэвид почувствовал себя так, словно в него влили порцию ужаса. Те сжигающие душу картины и так не оставляли его… Раболепный сообщник Мигеля, спешащий вон из пещеры… а потом сам Мигель. Насилующий Эми. Не насилующий Эми.
Девушка уже направлялась к лифту.
— Идем в номер.
Они проскользнули в свою комнату, тщательно заперли дверь и легли не раздеваясь, но заснули с трудом.
Когда Дэвид открыл глаза, он смутно помнил приснившийся ему очередной кошмар, как горькое послевкусие какого-нибудь снотворного. Сон с элементами секса. Сон об Эми и Мигеле. Дэвид был только рад тому, что не помнил подробностей.
Туман рассеялся. Молодые люди побросали в сумки свои вещи, посмотрели на море — теперь сиявшее в солнечных лучах — и, осторожно выйдя из отеля, взяли такси, чтобы проехать несколько сотен метров до мемориала гереро. Они были так напуганы, что сидели в машине пригибаясь, чтобы их нельзя было заметить из окон отеля.
Как и говорил Ганс, его компанию невозможно было не заметить: два больших коричневато-желтых «Лендровера» с надписями на бортах, нанесенными по трафарету: «Проект Слоны Пустыни». «Лендроверы» были до отказа нагружены разным снаряжением. Ганс приветствовал их очередным крепким рукопожатием и показал на вторую машину.
— Та уже битком набита. Вам лучше ехать с нами. — Он подхватил их сумки и понес к первой машине. Потом всмотрелся в их лица со сдержанной улыбкой. — У вас все в порядке? Вид у вас как будто… встрепанный.
— Мы в порядке. Просто хотим поскорее отправиться.
— Хорошо, что туман смылся, а? Ну, я уже сказал, вам лучше ехать со мной и Сэмом. Если, конечно, вы не хотите двенадцать часов подряд болтать о зоологии… Эй, а вот и мой лейтенант-гереро! Сэмми!
72
Гереро (овагереро) — народ группы банту в Намибии, Анголе, Ботсване и ЮАР, на сегодняшний момент насчитывающий около 270 тысяч человек. В 1904–1907 гг колониальными войсками кайзеровской Германии около 65000 (до 80 %) из племени гереро и 10000 (50 %) племени нама были уничтожены в ходе жестокого подавления народного восстания. В 1985 г. ООН отнесла уничтожение данных племен к актам геноцида, сравнивая его с нацистским геноцидом евреев. В 2004 году Германия признала совершение геноцида в Намибии.