Хотя Давид-Бек безусловно доверял дальновидности католикоса и знал, что дипломат он отменный, но не письмо толкнуло его к решительному шагу. Дело в том, что в Алидзор прибыл переодетый посланец грузинского царя Вахтанга. Вахтанг VI сообщал, что он получил от Петра уведомление и теперь ожидает выступления его войск из Баку. Грузинский царь советовал Давид-Беку готовиться к подобающей встрече императора.
Это уже обнадеживало.
В один день с посланцем Вахтанга из Эчмиадзина прибыл новый вестник и вручил Давид-Беку другую грамоту католикоса всех армян. Увидя на письме знакомую печать, Бек улыбнулся и не без горечи сказал:
— Все мы теперь имеем — католикоса, печать, посох, все, кроме умения действовать осторожно и тем обеспечивать себе безопасность.
Он начал читать письмо:
«Слуга Иисуса Христа, Аствацатур Амаданци, католикос всех армян, патриарх и блюститель…»
— Так себя величает, словно является владыкой мира сего, — усмехнулся Бек. — Зато перед любым персидским воином тут же впадет в робость.
Опустив перечисление чинов и титулов, Бек прочитал суть послания. Она была краткой:
«Из России блаженные армяне сообщают, что царь Петр выехал в нашу страну. Во имя бога готовься выступить ему навстречу, пади к стопам и привези его в нашу страну».
— А народ в Араратской стране знает о приезде царя? — спросил Бек у сотника, что привез послание католикоса.
— Конечно, тэр Верховный властитель, — ответил сотник. — Все знают. Денно и нощно молимся, чтобы свершилось благо.
— Говори как человек, ты же воин, а не монах! Из каких краев будешь?
— Из Еревана.
— А зовешься как?
— Ованес, тэр Давид-Бек, Карчик Ованес мое имя. С грамотой католикоса меня снарядил к тебе паронтэр[31] Ованес Хундибекян.
— Имеется ли в Ереване ратная сила?
— Еще какая! Ждем только дня, когда вы спуститесь с гор. Тотчас подымем десятитысячное войско и изгоним персидского хана Мирали. Оружия и припасов тоже хватит. Помогут и села нашего гавара. Все мы ждем тебя, тэр Давид-Бек. Ереван и население Араратской долины гордятся подвигами сюникцев и арцахцев. А персидского хана Мирали выгоним из Еревана за один день, если…
— Что?
— Если этого пожелает Верховный властитель Армянского Собрания.
— Если пожелает!.. — протянул Бек и умолк.
То, что Ереван готов к восстанию против персидского хана, конечно, радовало. И давало повод к новым размышлениям. Он хорошо знал паронтэра Еревана Ованеса Хундибекяна, вардапета Григора, Погоса Кичибекяна, Давида Мирзеджаняна. Все это были сведущие в военном деле люди, он встречал их в Грузии, в Ереване, в паломничестве к святым местам Апарана.
Давно лелеял Давид-Бек мысль об освобождении Еревана. Ждал лишь удобной минуты. И вот она наступила. Персы мечутся — русские подошли к их северным границам, а тут еще афганцы рассеяли их армию. Достаточно было пересечь ущелье Вайоц, приблизиться к Еревану, и Мирали хан в страхе сбежал бы из Еревана.
Но угроза со стороны турок связывала Давид-Бека по рукам. Нельзя было спускаться с гор и подвергать опасности успех дела, добытый ценой таких огромных жертв. Нужно показать, что он настроен миролюбиво и не собирается покидать горы.
«И за что только бог втиснул нашу землю между ненасытными ворогами? — с горечью думал Бек. — То усиливается Турция, то Персия. Вечно приходится подавлять чью-нибудь силу. Вот и сейчас…»
— Сколько персидского войска в Ереване? — спросил он вслух.
— И этот трусливый сброд ты называешь войском, тэр Верховный? — пожал плечами Карчик.
— Пусть будет сброд. Так сколько же его?
— Всех вместе — пищальников и конницы — около восемнадцати тысяч. Персы ждут, что со дня на день либо ты придешь и прогонишь их, либо… Язык не поворачивается…
— Либо турки? — потемнел Бек.
— Ты верно угадал, это так, — вздохнул Карчик. — Они открыто злословят: «Мы, говорят, отдадим Ереван турку, французу, кому угодно, но армянам и русским не уступим». Но Мирали хан предполагает, что ты можешь пойти на него войной, — продолжал Карчик. — Он готовится…
— А вы?
— Мы молим бога, чтобы так было.
— Тогда запасайтесь оружием, но не слишком явно. Ну, а коли хан все же заподозрит вас, убедите его, будто готовитесь противостоять туркам.
— Значит, придешь? — с надеждой спросил Карчик Ованес. — Когда ждать?
— Вот прибудут в нашу страну русские, тогда… — Бек прикрыл веки и тихо, словно боясь, что его подслушают, добавил: — Упаси вас бог преждевременно воодушевить народ. Пожалейте его. Повремените, пока нет ясности… И остерегайтесь турок, а не этого дряхлого Мирали хана.