— Ну ладно, — перебил меня Ааз. — Ты хочешь, чтобы я это сказал? Я остался здесь из-за тебя.
— Почему?
— Потому что ты еще не дорос до путешествий по измерениям. И не дорастешь, пока…
— Я имею в виду, почему ты вообще остался со мной?
— Почему? Потому что ты мой ученик! Вот почему.
Ааз, казалось, искренне рассердился.
— Мы заключили договор, помнишь? Ты обещал помочь мне против Иштвана, а я должен был обучить тебя магии. Так вот, ты свою часть выполнил, и теперь я собираюсь выполнить свою. Я собираюсь обучить тебя магии, даже если это убьет тебя… или меня, что более вероятно!
— Да, Ааз! — поспешно согласился я.
— Кроме того, — пробурчал он, отпивая очередной глоток вина, — ты мне нравишься.
— Прости? — переспросил я. — Я не совсем расслышал, что ты сказал.
— Значит, будь повнимательнее! — рявкнул Ааз. — Я сказал, пей свое вино и дай что-нибудь поесть этому своему глупому дракону. Я дозволяю тебе одну… не сбейся со счета, одну ночь на празднование победы. А завтра с утра пораньше начнем работать всерьез.
— Да, Ааз, — послушно сказал я.
— И, малыш, — усмехнулся Ааз, — не беспокойся, скучно не будет. Искать приключений нам не придется. В нашем ремесле обычно приключения сами находят нас.
У меня было нехорошее ощущение, что он прав.
Книга II
МИФОтолкования, или Неверные концепции[19]
Robert Asprin: “Myth Conceptions”, 1980
Перевод: В. А. Федоров
Эта книга посвящается Лори Отрин и Джудит Сэмпсон, современной команде ученик-учитель, невольно гарантировавшей, что книги о мифоприключениях Ааза и Скива будут писаться и дальше!
Глава 1
Жизнь — это серия грубых пробуждений.
Из всего многообразия неприятных способов пробудиться от крепкого сна один из самых худших — быть разбуженным шумом играющих в пятнашки дракона и единорога.
Я с трудом разлепил один глаз и смутно попытался сфокусировать взгляд на помещении. Стул с шумом опрокинулся на пол, убедив меня, что воспринимаемые моим мозгом нечеткие образы, по крайней мере частично, связаны с исходящими от пола и стен нерегулярными вибрациями. Иной, не обладающий моим запасом знаний (приобретенных с немалым трудом и вынесенных с немалыми муками), скорее всего возложил бы вину за этот адский шум на землетрясение. Я — нет. Стоявшая за этим выводом логика была простой. Землетрясения в этом краю — явления крайне редкие. А играющие в пятнашки дракон и единорог — нет.
Начинался самый обыкновенный день… то есть обыкновенный для юного мага в учениках у демона.
Если б я мог хоть с какой-то степенью точности предсказать будущее и таким образом предугадать грядущие события, то, вероятно, остался бы в постели. Я хочу сказать, что умение драться никогда не относилось к числу моих сильных сторон, а мысль схватиться с целой армией… Но я забегаю вперед.
Разбудивший меня стук сотрясал здание и сопровождался грохотом множества рассыпавшихся по полу грязных тарелок. Второй стук получился еще более внушительным.
Я обдумывал, не наплевать ли на все и не вернуться ли ко сну. Но вдруг вспомнил, в каком состоянии мой наставник отправился спать прошлой ночью.
Это живо вернуло меня к действительности. Сварливее демона с Извра — только демон с Извра, страдающий от похмелья.
Я молниеносно вскочил на ноги и направился к двери. (Мое проворство было вызвано скорее страхом, чем каким-то врожденным талантом.) Рванув на себя дверь, я высунул голову наружу и обозрел местность. Окружение трактира казалось вполне нормальным. Сорняки совершенно обнаглели, вымахав местами выше чем по грудь. Как-нибудь придется что-то с этим предпринять, но мой наставник, кажется, не возражал против их буйного роста, а если я заведу об этом речь, то и буду логичным кандидатом в косцы. Поэтому я снова решил помалкивать на эту тему.
Вместо этого я изучил разные примятые участки и недавно проторенные в этих зарослях тропы, пытаясь определить местонахождение или, во всяком случае, направление движения предмета моих поисков. Я уже почти убедил себя, что наступившая тишина продлится долго и можно спокойно возвращаться ко сну, когда земля снова задрожала. Я вздохнул, нетвердо вытянулся во весь свой, какой ни на есть, рост и приготовился встретить натиск.
Первым в моем поле зрения появился единорог — здоровенные комья земли так и летели у него из-под копыт, когда он вынырнул из-за угла трактира справа от меня.
19
Myth Conceptions — от
20
(*) Рип ван Винкль — герой новеллы Вашингтона Ирвинга, выпивший волшебный напиток и проспавший 20 лет. Пока он спал, свершились великие события: была война и революция, страна, свергнув британское иго, превратилась в Соединенные Штаты Америки. Стал символом отставшего от времени человека, проспавшего полжизни.