— А, ладно, — утешился Ааз. — Возможно, мы вас нагоним в пути.
— В таком случае, — решил всадник, поудобнее устраиваясь в седле, — мне понадобится фора… то есть мне лучше поспешить с объявлением о вашем прибытии.
Я поднял руку в прощальном взмахе, но он уже двигался быстрым шагом, побуждая свою птицу к еще большей скорости и не обращая на меня ни малейшего внимания.
— Превосходно! — воскликнул Ааз, радостно потирая руки. — Придворный маг! Какая халявная работенка! А ведь поначалу день не задался.
— Если мне дозволено перебить, — перебил я, — то в твоем плане есть один небольшой недостаток.
— Хм-м? Какой именно?
— Я не хочу быть придворным магом!
Как обычно, мой протест ничуточки не умерил его энтузиазма.
— Ты и магом тоже не хотел быть, — без обиняков напомнил он мне. — Ты хотел быть вором. Ну, вот тут тебе хороший компромисс. В качестве придворного мага ты будешь государственным служащим… а государственные служащие воруют так, как тебе и не снилось.
Глава 3
Девяносто процентов всех сделок состоят в продаже клиенту самого себя.
— Давай посмотрим, верно ли я понял, — осторожно начал я. — Ты говоришь, что меня, по всей вероятности, не наймут на основании моих способностей?
Я не мог поверить, что правильно истолковал лекцию Ааза, но тот так и излучал энтузиазм.
— Совершенно верно, малыш, — одобрил он. — Вот теперь ты уловил.
— Нет, не уловил, — возразил я. — Это самая бредовая затея, о какой я когда-либо слышал.
Ааз застонал и уткнулся лицом в ладони.
И так это продолжалось все три дня с тех пор, как мы покинули трактир. Любого бы довели стоны демона.
— Извини, Ааз, — раздраженно произнес я, — но что-то мне не верится. Я принимал на веру многое из сказанного тобой, но это… это противоречит здравому смыслу.
— Да какое имеет к этому отношение здравый смысл? — взорвался он. — Мы говорим о собеседовании для поступления на работу!
При этой вспышке Лютик фыркнул и мотнул головой, вынудив нас отскочить за пределы досягаемости его рога.
— Спокойно, Лютик! — постарался я обратиться к нему поласковее.
Хотя и выкатывая по-прежнему глаза, единорог возобновил свой стоический труд, и груженная нашим снаряжением волокуша тащилась за ним по-прежнему в целости. Несмотря на происшествия вроде случившегося недавно у трактира, мы с Лютиком ладили довольно хорошо, и обычно он меня слушался. Напротив, отношения с Аазом у них в общем-то так и не сложились, особенно когда последний вздумывал гневно повышать голос.
— Будь с ним всего-навсего помягче, — авторитетно наставлял я Ааза. — Попробуй как-нибудь.
— Чем пускать пыль в глаза своим сомнительным взаимопониманием с животными, — огрызнулся Ааз, — мог бы и позвать обратно дракона. Нам не хватало только, чтобы он взбаламутил всю округу.
Я бросил быстрый взгляд по сторонам. Он был прав. Глип исчез… опять.
— Глип! — позвал я. — Иди сюда, приятель!
— Глип! — донесся ответный крик.
Кусты слева от нас раздвинулись, и оттуда высунулась драконья голова.
— Глип? — осведомился он, чуть склонив голову набок.
— Иди сюда! — повторил я.
Ни в каком дальнейшем поощрении мой зверек не нуждался. Выпрыгнув на открытое место, он рысью бросился ко мне.
— Я по-прежнему утверждаю, что нам следовало оставить этого глупого дракона в трактире, — пробурчал Ааз.
Я пропустил его слова мимо ушей, удостоверяясь, все ли по-прежнему в порядке со снаряжением, висевшим на спине у дракона на манер седельных сумок. Лично я считал, что мы везем чересчур много личного имущества, но Ааз настоял на своем. Глип попытался любовно ткнуться в меня мордой, и я уловил аромат его дыхания. Какой-то миг я готов был согласиться с Аазом, предлагавшим оставить дракона в трактире.
— Что ты такое говорил о собеседованиях для поступления на работу? — спросил я и для того, чтобы сменить тему, и для сокрытия дурноты от зловония.
— Знаю, это кажется нелепым, малыш, — провозгласил с неожиданной искренностью Ааз, — и так оно и есть, но на свете существует много нелепостей, особенно в этом измерении. Это не означает, что мы не должны иметь с ними дело.
Высказанная Аазом мысль заставила меня призадуматься. Многим показалось бы нелепостью путешествовать в обществе демона и дракона. Фактически, если как следует поразмыслить, это казалось нелепостью и мне!
— Ладно, Ааз, — уступил наконец я. — Я могу принять существование нелепостей как реальность. А теперь попробуй еще раз объяснить мне эту затею с работой придворным магом.
22
(*) Ксавьера Холландер — американская журналистка, мемуаристка, бывшая девушка по вызову, сутенерша.