«По всевысочайшему приказу за отличную храбрость в действии против неприятеля произведены из генерал-майоров в генерал-лейтенанты князь Багратион и Милорадович»[607], — отдал приказ по войскам главнокомандующий.
«Отступление Кутузова на протяжении 600 верст проведено блестяще и во всемирной военной истории должно быть поставлено на второе место — сейчас же за Швейцарским походом Суворова»[608].
К сожалению, главное сражение Австрийской кампании было еще впереди.
И опять — передвижения войск, рассказывать о которых практически нечего.
«На место арьергарда поступила бригада генерала Милорадовича, и хотя неприятель вскоре догнал оную, но кроме перестрелок, не имевших никаких последствий, ничего важного не произошло»[609].
«Соединяясь с Буксгевденом (8 ноября), Кутузов дал отдых утомленным войскам»[610].
«На следующий день дали роздых, подле двух небольших деревень; в несколько минут улицы наполнились солдатами, несмотря на то, что оба императора и генералитет занимали некоторые дома; на главной, где проходило шоссе, разных полков нижние чины, гурьбой, ловили кур, и одна из них порхнула вверх и разбила окошко: там были Александр и Франц. Люди испугались: Милорадович, выбежавший оттуда, стал их стыдить, называя нахалами. Лишь начали солдаты расходиться, как показались у двери с веселым видом оба императора. Вместо ожидаемого наказания людям, что в виду своих императоров так дерзко полевали[611], император Франц приказал, чтоб тотчас отпустили во все полки винную порцию. Спустя час места куриного погрома остались впусте: все колонны были на марше»[612].
12/24 ноября русские армии и остатки австрийских войск объединились в Ольмюце. Ждали, что сюда придет противник, однако французы на выбранную союзниками позицию не спешили, зато очень скоро возникли трудности с продовольствием.
«Император Александр решил не выжидать, а действовать…
Назначив Кутузова номинально главнокомандующим, Александр Павлович фактически перенес на себя все обязанности его. Не видав войны и усвоив себе, благодаря слепому поклонению пруссаковщине, неправильные понятия о военном деле, государь, к несчастью, еще подпал под влияние некоторых австрийских генералов с Вейротером во главе. По складу своему ума и характера Александр Павлович любил систематичность, доведенную в своей точности до педантизма; у немцев того времени эти качества имелись в избытке…»[613]
Александр I решил двигаться навстречу неприятелю. Через неделю противники были уже готовы встретиться на поле близ Аустерлица.
«Французская армия подавала все признаки скорого отступления. Поэтому у нас решено было наступать, чтобы воспользоваться положением врага. Хотя и не ожидали встретить сопротивления, все же на всякий случай решили определить движение каждого корпуса. Это было поручено полковнику Вейротеру, так как он прекрасно знал местность, которую много раз объезжал»[614].
«19 ноября, около 10 часов ночи войска пришли на назначенные им биваки. На утро предстоял бой…»[615]
«В полночь с 19 на 20 ноября (2 декабря) собраны были у Кутузова в Кршеновичце главные начальники колонн, предназначенных для атаки неприятеля. Генерал Вейротер, разложив подробную карту окрестностей Брюнна и Аустерлица, приступил к чтению и разъяснению своей многоречивой диспозиции»[616]. «Кутузов, сидя в кресле, сначала задремал, а затем, по мере продолжения этого "урока географии" совершенно заснул»[617].
«Кутузов тотчас погрузился в глубокий сон, в чем и выразилась, в этом случае, вся его оппозиция плану, получившему уже одобрение Александра I. Граф Буксгевден слушал чтение стоя и, как замечает граф Ланжерон в описании этого совещания, наверное ничего не понимал. Милорадович молчал, Пршибышевский[618] стоял сзади, и один Дохтуров рассматривал карту»[619].
«Главную атаку надлежало вести на правое крыло неприятельской армии. Все войска были разделены на пять колонн: 1-я — генерал-майора Дохтурова — состояла из 25 батальонов пехоты, 2 рот батарейной артиллерии, пионерной роты и 2 ½ сотен казаков; 2-я — графа Ланжерона — 18 батальонов, пионерная рота и 2 ½ сотни казаков; 3-я — генерал-майора Пржибышевского — 17 батальонов и пионерная рота; 4-я — австрийского генерала Коловрата[620] (собственно ею командовал генерал Милорадович) 12 русских (в том числе три Апшеронских)[621] и 15 слабых австрийских батальонов, рота батарейной артиллерии и пионерная рота; 5-я — австрийского генерала князя Лихтенштейна[622] — 4 русских полка кавалерии и 32 австрийских эскадрона; князь Багратион командовал особым отрядом из четырех пехотных и 5 кавалерийских полков, 8 сотен казаков и 2 конных и одной пешей рот артиллерии. В резерве, под начальством цесаревича Константина Павловича, находилась вся гвардейская пехота и кавалерия»[623].
616
618
621
Малороссийский гренадерский, Апшеронский, Новгородский и Смоленский мушкетерские полки.