К этому склоняется и Герд Юнне из Амстердамского университета, который указывает: «С 30-ю процентами населения США, живущего ниже черты бедности, и со стольким же количеством неграмотных разделение на Север — Юг не столько отделяет Мексику от США, а скорее эта линия пронизывает сами Соединенные Штаты»146.
Теперь что касается стран «периферии». Большинство авторов на базе собственных исследований, а также с учетом Доклада о человеческом развитии за 1997 г. указывают на увеличивающееся неравенство доходов. В них отмечается падение доли доходов для наибеднейших 20% в Аргентине, Чили, Доминиканской республике, Эквадоре, Уругвае и в Мексике. В 16 из 18 стран Восточной Европы и бывшем СССР распределение доходов стало более несимметричным, приведя к усилению бедности в процессе либерализации. Следует также указать, что средние доходы в 20 наиболее богатых странах в 37 раз превышают средние доходы в 20 беднейших, и за последние 40 лет этот разрыв увеличился.
Для полноты картины используем таблицу из последнего Доклада о мировом развитии 2000/2001 года147.
Таблица 3.1.1. Процент населения, живущего менее чем на 1 долл. США в день
| Регион | 1987 | 1998* |
| Восточная Азия и Тихоокеанский регион (за исключением Китая) | 26,6 | 15,3 |
| Европа и Средняя Азия | 0,2 | 5,1 |
| Латинская Америка и Карибский бассейн | 15,3 | 15,6 |
| Ближний Восток и Северная Африка | 4,3 | 1,9 |
| Южная Азия | 44,9 | 40,0 |
| Африка к югу от Сахары | 46,6 | 46,3 |
| Всего | 28,5 | 24,0 |
*Предварительные оценки.
Цифра 24% означает население в 1,2 млрд человек. Можно еще добавить, что 2,8 млрд живут менее чем на 2 долл. в день. То есть из 6 млрд человек 4 млрд живут в нищете. Если в Восточной Азии наглядно видна позитивная динамика, то в Латинской Америке, Южной Азии и в странах к югу от Сахары количество бедных продолжает расти. Особенно обращает на себя внимание, что в странах Восточной Европы и Средней Азии количество бедных выросло более чем в 20 раз. Такова цена капиталистических реформ.
Авторы объясняют высокий уровень неравенства в бедных странах внедрением крупных зарубежных компаний на их рынки, сосредоточением в них части местной, обычно наиболее образованной прослойки общества и фактическим «отделением» их от большинства населения.
В выводах авторов отмечаются несколько важных положений. Во-первых, ЗПИ имеют более негативный эффект на распределение доходов и политические волнения, чем торговля. (Хотя воздействие инвестиций и торговли в немалой степени зависит от структуры экономики.) Во-вторых, экспорт сельскохозяйственной продукции развивающимися странами ведет к понижению экономического благосостояния, к неравенству доходов и политическим волнениям, в то время как экспорт промышленных изделий оборачивается более высоким уровнем экономического развития, равенством и политической стабильностью. В-третьих, страны, экспортирующие первичную продукцию, за редким исключением имеют тенденцию воспроизводить бедность и слабое государство. Генеральный вывод: процесс глобализации имеет позитивный эффект для богатых стран, в то же время может быть негативным для бедных, аграрных обществ.
Хотя подобные выводы для российских ученых не являются откровениями, однако важно, что цвет англо-американской глобалистики приходит к выводам, которые делались российскими марксистами еще в период первой волны интернационализации.
Как сделать интернационализацию справедливой?
Этот вопрос задают те же самые теоретики-глобалисты и отвечают на него по-разному. Некоторая часть социологов, например из Американской социологической ассоциации, признает только один «правильный» ответ. Этот ответ, в интерпретации У. Уагара, заключается в том, чтобы выбрать «третий путь партнерства, взаимного малтикультурализма, будущее, в котором радикальный феминизм, фундаменталистский исламизм, популистский либертарианизм, воинствующий индуизм, марксистский социализм, возрожденное христианство, мегакорпоративный капитализм, боснийский и сербский национализм и все другие сталкивающиеся силы в нашем бурлящем мире как-нибудь улеглись бы рядом, подобно львам и ягнятам в Новом Иерусалиме, и договорились бы есть траву, а еще лучше, развили бы способности поедать друг друга путем фотосинтеза»148. Это действительно «прекрасная» перспектива, иронизирует Уагар. Но такой ответ фундаментально неверен.
Другой ответ, предлагаемый Уагаром, звучит весьма по-марксистски. Он выступает за замену «хищнического глобального капитализма» на «мировое социалистическое содружество» (там же). И он не одинок в подобных ответах. Кр. Чейс-Данн также призывает к формированию «социалистических отношений на уровне всей мировой системы». Иммануил Уоллерстайн ратует за «социалистическое мировое правительство». Самир Амин, говоря о вытеснении реакционной утопии «глобализации через рынок», выдвигает гуманистический проект глобализации, «совместимый с социалистической перспективой»149.
Социалистический ответ мотивируется ими тем, что в других случаях «регрессивный и криминальный сценарий вероятнее всего будет определять будущее». Сам Уагар считает: «Следующие пятьдесят лет, скорее всего, создадут обстановку копии ада на земле, и тогда предыдущие пятьдесят лет сохранятся в нашей памяти как настоящее золотое время» (с. 3). И он в деталях описывает механизм создания «мировой партии» (в 2035 г.) и ее действия до 2050 г.150.
В конечном счете их проекты — это нечто вроде мирового государства через глобальную коммуникацию. Причем ядром такой коммуны, по мнению Чейс-Данна, может быть «полупериферийный демократический социализм» с вхождением в него России, КНР, Индии, Южной Африки, Бразилии, Мексики. Сторонники подобной идеи (как ни странно, их очень много среди теоретиков-глобалистов) убеждены, что «глобализация» (все ее типы) дает возможность сорганизоваться не только мировому капитализму, но и тем, кого этот капитализм эксплуатирует. Другими словами, противодействие глобальному капитализму можно оказывать на том же глобальном уровне, противопоставив ему тоже глобальный, но социализм, естественно, демократического типа151. Удивительно то, что их цели и методы чуть ли не дословно совпадают с предложениями академика Н. Н. Моисеева, изложенными им в ряде последних работ152.
146
Gerd Junne. Global Cooperation or Rival Trade Blocs? — Journal of World-Systems Research, 1995, Volume 1, Number 9, p. 17.
147
Доклад о мировом развитии 2000/2001 года. Борьба с бедностью. Обзор. Всемирный банк, Вашингтон, округ Колумбия, 2001, с. 13.
148
W. Warren Wagar. TOWARD A PRAXIS OF WORLD INTEGRATION. Journal of World-Systems Research. Volume 2, № 2, 1996, p. 1.
150
Подр. см. его работу A Short History of the Future. 2nd ed. Chicago: Chicago University Press, 1992.
151
Напомню о мощном выступлении противников глобализации в Сиэтле, где проходила встреча участников ВТО в ноябре 1999 г. Лозунгом выступающих был: «ВТО убивает людей. Убей ВТО». См. The Economist, 4th — 10th December, 1999. Судя по всему, антиглобализм превращается в массовое мировое антикапиталистическое движение.
152
Для примера см.: Моисеев Н. Н. Судьбы цивилизации. Путь Разума. М.: Изд-во МНЭПУ, 1998.