Но крутить будут недолго, обещаю. Сегодня на плаву те, кто восстановил биоразнообразие в почве. Завтра поднимутся те, кто прибавил к этому разнообразие над почвой. Давно не секрет: бизнес защиты бесконечен. Удачные яды создают те, кто так же хорошо создаёт новых вредителей. Любой иммунный сорт тут же изучается на предмет, чем его можно грохнуть. Единственное, против чего не сможет играть ни одна корпорация — генетическая вариабельность и непредсказуемость агроценозов. Единственный способ не зависеть ни от кого — свести пестициды к вспомогательному минимуму. Этот путь давно проторен: исследований и наработок вполне достаточно.
Многие региональные НИИ испытывают смеси сортов или видов злаков, не конкурирующих друг с другом. Их резюме: защитный эффект удачных смесей — до 60%. В среднем же сортовые смеси на треть устойчивее, и продуктивность поля в целом растёт.
В практику вводится понятие «защитные сорта».
Везде есть сорта, устойчивые или иммунные к определённым болезням. Например, 8% форм пшеницы иммунны к септориозу, и ещё 15% поражаются очень слабо (ВИР[4]). Примерно то же и по другим культурам, включая многие овощи и фрукты. Есть и такие сорта, что не нравятся вредителям. Например, на некоторых сортах риса всегда втрое меньше тли (ВНИИ риса). Такие сорта могут санировать агроценоз, защищая слабые сорта и одновременно давая урожай.
Опыты ВИЗРа показали: привлекательность разных форм томата для белокрылки различается в пять–шесть раз, и на «невкусных» сортах вылупляется вдвое меньше личинок. Та же картина и с паразитом белокрылки, энкарзией: на одних сортах она поражает до 90% вредителя, на других — всего 30%, а на некоторых гибнет половина яиц энкарзии. А есть «инсекто–сорта»: частично убивают яйца и тех, и других. Тот же разброс с галлицей и паразитом лизифлебусом на огурцах. Узнаёте? Кухня биоценоза!
Наш ВНИИБЗР исследовал яблоневые сады. Оказалось: в монокультуре Ренета Симиренко в два с половиной раза больше вредителей, чем в смеси с другими сортами. На столько же различается привлекательность сортов для плодожорки. Вывод учёных: грамотная структура сада решает больше половины проблем с патогенами.
Как правило, устойчивые сорта не дотягивают по урожаю или по качеству. И наоборот, очень продуктивные сорта обычно слабы, неустойчивы. Дилемма! Что мы делаем? Самую большую глупость: выращиваем неустойчивые сорта и «боремся за их высокую продуктивность». И попадаем в капкан: именно на слабых сортах патогены мужают и крепчают быстрее всего.
Слабый сорт плюс химия — лучшая лаборатория для эволюции паразита. Наоборот, устойчивый сорт эту эволюцию максимально растягивает, ограничивая вредную популяцию мягко и естественно. «Устойчивые сорта — главнейший фактор стабилизации агроценозов» (академик В. А. Павлюшин).
На самом деле, и эта дилемма — продукт мономышления. Зачем разделять сорта? Разумнее объединять их достоинства в сортовых популяциях.
Главное, найти верное сочетание и нужную пропорцию. Задача защитных сортов — вывести продуктивный сорт на предельную отдачу, но не ухудшить качество урожая. Такие опыты уже ведутся от Краснодара до Новосибирска. За конкретными примерами — прошу в региональные НИИСХи: всё решают местные сорта и условия. Например, под руководством М. И. Зазимко десятки сортов пшеницы протестированы на полевую устойчивость и выносливость к разным факторам Кубани. Кстати, вывяснилось: местный сорт, адаптированный к своей экозоне, на 15–20% урожайнее пришлых. В конечном счёте всё определяет привязка к месту и времени. Толковый фермер на слово не поверит — сам найдёт свои оптимальные сорта и сочетания.
Какая сортовая популяция будет идеальной?
Устойчивость сорта — ценнейший защитный признак, но не синоним продуктивности. Гораздо ближе к сути агрозащиты ВЫНОСЛИВОСТЬ СОРТА — способность давать хороший урожай, несмотря на болезни или засуху. Именно такие и остаются у опытного фермера после нескольких лет испытаний. Именно такие сорта, адаптированные к биоземледелию, выводит и внедряет в производство профессор КубГАУ А. М. Бурдун. О них я ещё скажу.
Но не стоит циклиться и на одной выносливости: в болезнях потонешь. Идеальная сортовая популяция состоит из мозаики устойчивых и выносливых сортов (академик Л. А. Беспалова). И только откровенно слабые сорта — ни устойчивости, ни выносливости — работают и против рентабельности, и против санитарной чистоты агроценоза.
4
ВИР — Всероссийский институт растениеводства имени Н. И. Вавилова. Головная коллекция и банк генетических форм разных культурных растений. Дальше по тексту: ВИЗР — Всероссийский институт защиты растений. ВНИИБЗР — Всероссийский НИИ биологической защиты растений.