Агриппа давал подробнейшие описания действий, пробуждающих добрых и злых духов, и пространно объяснял, отчего люди чаще вступают в общение с демонами, нежели с ангельскими сущностями. «Добрые ангелы редко являются человеку, подчиняясь лишь приказам Господа, и могут удостоить своим словом лишь добродетельных и святых людей; но злые духи подчиняются воззваниям человека, представая в образе божественном, всегда готовые обмануть и жаждущие лишь подчинять и властвовать».
Профессиональные некроманты заявляли, будто они способны разговаривать с душами умерших, повелевать погодой, вызывая по своей прихоти бури; они продавали зелья и напитки, позволявшие понимать язык птиц[70], вызывать любовь прекрасных женщин, превращать врагов в скот (таким же образом вавилонский царь Навуходоносор был превращен в быка), а также ослаблять силу так называемого «злого глаза». Некромантов часто обвиняли в том, что ради получения мерзких ингредиентов для своих мазей и пилюль они убивают младенцев и грабят кладбища, разрывая могилы и извлекая трупы; верили, будто они изготавливают ядовитые порошки в преступных целях, и, конечно же, все они должны были заключать жуткие договоры с Сатаной.
Люди верили, что земля населена хобгоблинами[71], огонь — саламандрами[72], воздух — демонами[73], а вода — речными и озерными духами[74]. Няньки пугали детей историями «об уродливом рогатом дьяволе, извергающем из пасти пламя и имеющем длинный хвост; глазищи у него как плошки, клыки как у собаки, когти как у медведя, кожа черная, а голос напоминает рык льва». И маленькие дети бывали так напуганы всеми этими «буками, духами, ведьмами, русалками, эльфами, гномами, феями, сатирами, панами, фавнами, сиренами, чудищами, тритонами, кентаврами, гигантами, бесенятами, Робином Гудом с его разбойниками, адскими демонами, всяческими злодеями из мира реального и потустороннего», что страх оставался с ними на всю жизнь, заставляя их, уже взрослых, бояться собственной тени.
Суеверия, связанные с животными и растениями, были неисчислимы и совершенно безумны. Мифическое существо — василиск — считалось смертельно опасным для змей и для человека, первых убивая своим испепеляющим дыханием, а второго — просто взглядом. Люди, носившие при себе его черную кровь, могли вызывать благосклонность сильных мира сего и получать баснословные милости, а также были защищены от болезней и от колдовства. В работах авторов тех лет можно найти и многочисленные рассуждения о мандрагоре: «Мандрагора, или альраун, — это очень редкая трава, растущая у подножия виселицы, на которой был вздернут невинный юноша. Тот, кто ищет эту траву, должен знать, что ее корень напоминает человека, а верхняя часть имеет широкие листья и желтые цветы. Когда ее вырывают из земли, она стонет, вопит и рыдает столь горестно, что совершивший это тотчас умирает. Чтобы найти ее, нужно выйти из дому в пятницу до рассвета, заткнув уши ватой, воском или смолой, и взять с собой черную собаку без единого белого волоска. Над мандрагорой следует три раза совершить крестное знамение, а затем подкопать вокруг нее землю — осторожно, так, чтобы она осталась держаться в почве лишь тоненькими корешками. Затем с помощью струны нужно привязать ее к хвосту собаки и поманить собаку куском мяса. Она вытащит мандрагору из земли, однако тотчас упадет замертво, оглушенная страшным криком растения. Затем нужно отнести мандрагору домой, вымыть в красном вине, завернуть в красный и белый шелк, положить в гроб, затем мыть ее в вине каждую пятницу и нарядить в белое платьице. Своему обладателю она откроет скрытое и предскажет будущее, а также обеспечит ему дружбу всякого человека. Если положить рядом с ней серебряную монету вечером, то к утру найдешь две монеты, однако же монета не должна быть слишком велика по размеру. Если ты покупаешь мандрагору, она остается у тебя, бросай ее где угодно, но не забывай о ней и продай ее кому-нибудь еще, потому что если она останется при тебе до твоей смерти, ты отправишься вместе с ней в ад. Помни, что она может быть продана лишь по цене ниже той, за которую была приобретена, а потому тот, кто купит ее за самую мелкую монету, потеряет свою душу навеки».
70
Под «языком птиц» в средневековой Европе понималось искусное каббалистическое толкование гербов, поэзии, а также прочих артефактов. —