В декабре 1900 года на маяке находились: второй помощник смотрителя Джеймс Дукат, первый помощник Томас Маршалл и ассистент Дональд МакАртур. За три недели до происшествия главный смотритель Джозеф Мур покинул маяк. По его словам, все было совершенно как обычно.
Но 15 декабря 1900 года с парохода «Арктор», который следовал из Филадельфии в Лит, поступило тревожное сообщение: экипаж парохода пожаловался, что от маяка нет никакого сигнала. К сожалению, власти не придали этому значения, а рейс на маяк, который должен был состояться 20 декабря, отменили из-за плохих погодных условий.
Только 26 декабря Джозефу Муру и команде удалось добраться до маяка. Но их никто не встретил — посреди двора лишь одиноко возвышался голый флагшток. Ворота маяка и все двери оказались заперты, кровати смотрителей не заправлены, а часы остановились.
Удивительно, но лампы маяка были отлично начищены, в них было достаточно топлива, а водонепроницаемые плащи смотрителей висели на крючках. Единственное, что было странно в обстановке маяка, — перевернутый кухонный стол.
По прибытии на базу капитан корабля рапортовал: «Загадочный инцидент произошел на островах Фланнана. Три смотрителя — Джеймс Дукат, Томас Маршалл и Дональд МакАртур — бесследно пропали с острова. Остановившиеся часы и другие факты указывают на то, что это произошло около недели назад. Бедные ребята! Должно быть, их сдуло ветром с утеса или они утонули, пытаясь починить подъемный механизм или что-нибудь подобное».
А вновь прибывшие, изучив вахтенный журнал, пришли в еще большее изумление. Последняя запись в журнале наблюдений была сделана в 9:00 15 декабря 1900 года. Но в предыдущую ночь на 14 декабря смотрители зафиксировали сильный шторм и ураганный ветер, хотя ни одна из береговых станций в той местности и ни один из проходящих мимо кораблей в те дни вплоть до 16 декабря никакого шторма не наблюдали. По словам моряков, погода была замечательной, море — тихим.
Еще более загадочными были записи в журнале, описывающие внутреннее состояние смотрителей: один плакал, другой молился. Последняя запись гласит: «Шторм кончился, море спокойное. Слава Богу, что все закончилось».
Что именно закончилось, так и осталось неизвестным. Достоверной информации о том, что же произошло на далеких шотландских островах, до сих пор нет.
Пропавшее племя инуитов
Еще одна удивительная загадка возникла в ноябре 1930 года, когда канадский траппер[20] по имени Джо Лабель промышлял пушнину на берегу озера Ангикуни. Озеро издавна славилось богатой рыбалкой, в нем в изобилии водились форель и щука. В окрестных лесах было много пушных зверей. Вот почему эта отдаленная и труднопроходимая местность притягивала к себе охотников и рыбаков. Однако не каждый решался отправиться туда за добычей — об этой местности издревле ходили зловещие легенды. Старожилы рассказывали, что на озере обитают злые духи, которые время от времени напоминают о себе местным жителям.
Но на дворе стоял ХХ век, легенды уходили в прошлое, а жизнь шла своим чередом. Джо Лабель хорошо знал этот отдаленный уголок Канады и уже не один раз возвращался с озера с богатой добычей. Обычно перед обратной дорогой он останавливался передохнуть и согреться в местной рыбацкой деревне, которая, как и озеро, носила название Ангикуни. Местные жители из племени инуитов были очень доброжелательны и гостеприимны. Они всегда были готовы накормить и обогреть путника.
Ноябрь выдался в тот год очень морозным, охотник сильно устал и замерз. Из последних сил он катил на лыжах по знакомой дороге. На подступах к деревне Джо издали крикнул приветствие, оповещая рыбаков о своем прибытии. Каково же было его удивление, когда он не услышал в ответ не только людских голосов, но даже и собачьего лая.
Лабель с трудом добрался до деревни и зашел в первый попавшийся дом. Печь была растоплена, на столе стоял котелок с еще теплой похлебкой из мяса карибу — традиционным блюдом племени. Но в доме никого не было, не было и собак на дворе. Охотник зашел в соседний дом, потом еще в один, и еще…
Везде наблюдалась одна и та же странная картина — нигде ни души, но такое ощущение, что люди покинули дома вот только что, перед его приходом. Причем покинули в спешке, бросив дела. Где-то на очаге готовился ужин, где-то нетронутая еда стояла на столе, в других домах была брошена начатая работа — заготовка шкурок, раскроенная меховая куртка. Похоже, целое племя внезапно кануло в неизвестность посреди совершенно обычного во всех отношениях дня.