— Мы одинаковы! — настойчиво ответил Том.
Гарри пожал плечами.
— Я не такой, как три года назад. Не могу даже представить, как изменюсь за тридцать лет.
— Мы вместе создадим лучший мир, — заявил Том. — Безопасный для чистокровных.
— Полагаю, работать вам до момента, пока ты не исчерпаешь свою полезность, — заметил Гарри. — А затем он от тебя избавится.
Том нахмурился, а Гарри продолжил:
— Как думаешь, долго он будет тебе доверять? Он знает тебя лучше, чем кто-либо, и знает, что ты не согласишься выступать второй скрипкой. Он будет ждать, что ты вонзишь ему нож в спину, и придет к мысли, что должен ударить первым.
Выражение лица Тома изменилось. Он выглядел обеспокоенным, но затем снова сосредоточился на Гарри.
— Очень по-слизерински. Пытаешься поссорить меня с самим собой?
Гарри пожал плечами.
— Решил, что ты возненавидишь сам себя. Стоило попытаться.
— Мы не слишком уж и отличаемся, — заметил Том. — Блестящие, целеустремленные, гибкие. Слышал, что ты сделал с нападавшими… в твоем возрасте я поступил бы так же.
— Я вообще на тебя не похож! — крикнул Гарри, скрежетнув зубами.
— С каждым днем ты все больше превращаешься в меня, — ответил Том. — Жаль, что сейчас все закончится. Согласно пророчеству, выживет только один из нас, и, боюсь, это будешь не ты.
Он шагнул вперед.
— Не знаю, как ты выжил до сих пор, но сейчас все закончится.
После этого он громко закричал на змеином, и секунду спустя пол под ногами Гарри затрясся. Что-то приближалось — и очень быстро.
31. Василиск
— Акцио палочка! — закричал Гарри.
Том думал, что Гарри не увидел, как он прячет палочку, предположительно принадлежавшую Джинни, но тот заметил, и Риддл, достаточно плотный, чтобы взять палочку, оказался недостаточно материальным, чтобы удержать ее.
Огромный каменный рот открылся, и в его глубинах что-то задвигалось. Оно приближалось, и Гарри знал, что если чего-нибудь не предпримет, то умрет.
Он нацепил визор и сунул палочку Джинни в карман. Взгляд в сторону девчонки, и у Гарри промелькнула мысль сделать с ней что-нибудь, чтобы Том не завладел телом, но он тут же отказался от этой идеи.
Он устал терять людей, даже не слишком знакомых ему. Джинни была жертвой, как и он, и Гарри устал от подобного.
Мир погрузился во тьму, а Гарри активировал визор, постучав по нему сбоку, и тут же ощутил все вокруг. Он учуял запах приближающегося василиска и осознал, что тот передвигается быстро.
Василиск вдвинулся в комнату, словно поезд, и Гарри метнул остатки перуанского порошка мгновенной тьмы.
— Змеям не нужно зрение, чтобы найти тебя! — заявил Том.
Если Гарри хотел пережить то, что надвигалось, то ему было не обойтись без чар головного пузыря. Гарри быстро наколдовал его себе. Месяц назад он придумал план и, чтобы добиться его выполнения, неустанно тренировался, повторяя все снова и снова.
Он чувствовал, что снова встретится с василиском, и решил как следует подготовиться. Пока василиск мог учуять его, у Гарри не оставалось шансов против чудовища, способного сражаться с взрослым драконом. Гарри долго и упорно размышлял, как бы ему уравнять шансы, и в конце концов придумал.
Гарри закрыл глаза и наставил палочку. В последнее время он добился немалых успехов на уроках Трансфигурации, пусть и занимался ей не с такой одержимостью, как защитой.
После обсуждения с Флитвиком он уделял особое внимание одному конкретному превращению. Гарри пробормотал слово и представил себе превращение, как на тренировке, где повторял его снова и снова.
По мнению Флитвика, перец "Каролинский жнец"[6]являлся самым жгучим в мире. От крошечной порции перца у Гарри появилось ощущение, что он сейчас умрет и окажется вынужден снова прожить часть учебного года. Перемолотый в порошок, перец становился невероятно жгучим и опасным.
Гарри трансфигурировал двадцать фунтов обломков в молотого Каролинского жнеца, и, едва василиск устремился к нему, выкрикнул:
— Депульсо!
Двадцать фунтов перца отбросило, прямо в морду василиску.
Василиск закричал и начал биться головой о колонну. В отличие от млекопитающих, он не мог моргнуть, чтобы избавиться от перца. Тот заполнил рот и ноздри василиска, выведя их из строя жгучей, пронзительной болью. Василиск утратил зрение и обоняние, и вряд ли мог думать о чем-то, кроме ослепляющей боли.
Гарри побежал, и василиск повернулся, чтобы последовать за ним. Пусть он утратил зрение и обоняние, но все еще ощущал вибрации шагов.
6
Caroline Reaper, считается самым жгучим в мире, в этом качестве и был занесен в книгу рекордов Гиннеса в 2013 году. Выведен примерно в то же время.