Кричер продолжал таращиться на него, затем поднялся на ноги. Мгновение спустя он покинул комнату.
Гермиона все еще плакала тихо, а Невилл выглядел больным. Сам же Гарри задумался над тем, какая часть характера Кричера возникла под влиянием жидкости из чаши, какая оказалась вызвана невозможностью выполнить последний приказ хозяина, и что появилось от плохого обращения в целом.
Возможно, что ему удастся обратить хотя бы одну из этих частей, добавив всем живущим здесь немножко безопасности. В то же время, Гарри видел, что так думал только он один.
— Уверен, что это хорошая идея — давать ему клык василиска? — мягко спросил Дамблдор.
Неужели директор считал, что Кричер нападет на них? Гарри не удивился бы, окажись у Дамблдора какие-то собственные предрассудки. Директор родился в прошлом веке, в деревне, состоявшей по большей части из волшебников. Все отличалось в конце девятнадцатого века, и Гарри не сомневался, что Дамблдор пытается быть объективным, но мировоззрение директора, несомненно, расходилось с взглядами на жизнь самого Поттера.
— Только я буду стоять рядом с ним, — ответил Гарри. — И Сириус может приказать ему не нападать. Полагаю, что в целом мы в безопасности.
Кричер вбежал в комнату, держа в руках оба медальона. Дамблдор с опаской взял крестраж и начал изучать его.
— На поверхности медальона какие-то заклинания, которые мне не удается распознать, — сообщил он. — Но те, которые знакомы, включают в себя чары неразрушимости и неуязвимости к воздействию любой магии.
Гарри внимательно посмотрел на медальон, с его змееподобной S, инкрустированной драгоценными камнями. Он знал об одержимости Волдеморта родословными и происхождением, и перед ними находился медальон Слизерина. Еще одна одержимость Волдеморта, что он — наследник Слизерина.
Слизерин же — змееуст.
Как похоже на Волдеморта, скопировать то, что сотворил Салазар, вроде входа в Тайную комнату.
— Думаю, что знаю, как его открыть, — заявил Гарри и посмотрел на Кричера. — Раз уж ты взялся за его уничтожение, то будь готов — то, что вылетит оттуда, нападет на тебя. Начнет говорить ужасные вещи. Тебе следует быть храбрым.
— Кричер может быть храбрым, — заявил домовик с напряженным лицом. — Если это ради хозяина Регулуса.
— В известном смысле именно Темный Лорд убил Регулуса, — слукавил Гарри. — Ведь внутри медальона находится его часть. Так что, если ты хочешь отомстить Темному Лорду, то вот он, твой шанс.
Кричер кивнул. Дамблдор положил медальон на стол и полез в мантию за клыком василиска. Директор, похоже, создал для него ножны рогообразной формы и носил их на шее.
— Осторожнее с клыком, — заметил Дамблдор. — Он чрезвычайно ядовит.
— Не нападай ни на кого из нас с помощью клыка, — скомандовал Сириус.
И Кричер опять посмотрел на него с ненавистью. Затем домовик с гораздо большей симпатией посмотрел на Гарри.
— Откройся, — прошипел Гарри на змеином.
Медальон открылся с щелчком, и мгновение спустя оттуда вылетел живой глаз. Не узкий змеиный глаз лорда Волдеморта, а темное, прекрасное око Тома Риддла.
— Уничтожь его! — завопил Гарри.
— Кричер, — произнес голос. — Неверный, вероломный. Твой хозяин доверился тебе, а ты позволил ему умереть.
— Хозяин отдал приказ, — пробубнил домовик. — У Кричера не оставалось выбора.
— Он любил тебя, а ты позволил ему погибнуть, — продолжал голос. — Не сказал хозяйке, даже когда она выплакала себе все глаза. Какой эльф так поступает? Плохой эльф...
— Не слушай его, Кричер, — немедленно выпалил Гарри. — Он пытается не дать тебе выполнить свой долг... последний приказ хозяина. Он погиб, доверив тебе завершить начатое им дело... так заверши его[39]!
— Не смог даже закончить приказанное хозяином... пришлось обращаться за помощью к грязнокровкам и предателям крови. Что подумала бы хозяй...
Кричер прыгнул вперед и вонзил клык в медальон, а голос закричал, испустив долгий, протяжный вопль, и дух устремился к Гарри, пытаясь выжить в единственном хранилище крестража поблизости.
Дух исчез, прежде чем добрался до Гарри.
— Блэки мстят за Блэков, — произнес Кричер. — Хозяйка поймет.
В это мгновение всегда сгорбленные плечи Кричера выпрямились. На лице его проступила решимость.
— Спасибо, Кричер, — сказал Дамблдор, бережно принимая клык из рук домовика.
Гарри припал на одно колено перед Кричером и положил ему руку на плечо. В кои-то веки Кричер не вздрогнул.