Тема моды привлекает к себе внимание и поддержку растущего круга ученых, которых всё больше интересует ее мульти- и междисциплинарное значение. Таким образом, исследования психологов, антропологов, экономистов, философов, социологов, музейных кураторов, художников по костюмам в театре и кино, а также историков костюма привносят новые культурные аспекты в изучение моды. В сочетании с возрастающей вовлеченностью историков культуры и семиологов это привело к распространению курсов по изучению моды на всех уровнях образования, от начальной школы до университета. В отсутствие исчерпывающей документации, характерной для других видов искусств, корпус разнообразной литературы о моде быстро растет и может быть разделен на такие широкие разделы, как теория, история моды и исследования материальной культуры. Усилившееся после окончания Второй мировой войны внимание к внешнему виду, подпитываемое постоянно растущим освещением моды в прессе, интернете и на телевидении, «костюмными» фильмами и выставками-блокбастерами, привело к резкому росту интереса к современной моде и историческому костюму. Последний стал играть ключевую роль в деле восстановления культурного наследия, которое в настоящее время является важной частью культурной жизни Европы и Северной Америки.
Популярной моду делает ее демократичная доступность: каждый из нас участвует в процессе одевания и украшения, переживая сопряженные с ними радости и огорчения, и независимо от того, эксперт он или нет, каждый с уверенностью готов вынести о моде свое суждение. Интерпретация моды зависит не только от неопровержимых фактов, но и от точки зрения каждого комментатора. Анализируя коллекцию одежды, музейный куратор, дизайнер, психолог и экономический историк неизбежно обратят внимание на разные аспекты истории одежды, ее значения и конструкции. К концу XX века научный форум заметно расширился. Эксклюзивный мир элитной моды становился более доступным для широкой публики по мере того, как дизайнеры создавали и совершенствовали свои веб-сайты и выпускали рекламные DVD-диски со своими коллекциями и записями подиумных показов. В 2010-х годах демократизация моды ускорилась благодаря мгновенному доступу к веб-сайтам модных блогеров, инфлюэнсеров и, что немаловажно, платформе для обмена изображениями и социальной сети Instagram[1], созданной в 2010 году.
Постоянная погоня за новизной и бешеная скорость, с которой неизбежно функционирует индустрия моды (под давлением сложных внутренних факторов и внешних требований), подразумевают, что дизайнеры редко находят время приостановиться и озаботиться сохранением своей собственной истории. Их сезонные коллекции распродаются в розничных магазинах, студии проводят распродажи образцов, и, за исключением пресс-релизов, как правило, сохраняется минимум документации. Однако ситуация меняется, отчасти в свете ретротенденций, маркетингового потенциала концепции «наследия» и стремления накапливать фактические данные для разрешения растущего числа споров об авторских правах. Мадлен Вионне была весьма дальновидна и исключительна в своей привычке тщательно фотографировать и сохранять реальные образцы своих творений для защиты своих прав. Давно существующие модные дома стали дорожить своими архивами и беречь их, привлекая новые таланты для обновления имиджа с опорой на прошлое, а дизайнеры нового поколения теперь архивируют образцы своих работ с самого начала карьеры. Они также выкупают свои модели у клиентов и через стремительно растущие модные аукционы. Пояснительные комментарии к работам, нередко самые лестные и щедро приправленные экстравагантными притязаниями, можно найти во множестве биографий дизайнеров и монографий об их творчестве.
Стремясь быть в авангарде и увеличить число посетителей, музеи обратили популярность моды себе на службу: даже учреждения, посвященные сохранению памяти о войне и изобразительному искусству, устраивают крупные выставки, посвященные моде. Аналогичным образом мир моды стали осваивать и множество производителей, осознавших ее потенциал для продвижения широкого ассортимента товаров, от ковровых покрытий до автомобилей. Специализированные журналы, в том числе посвященные дизайну интерьеров и даже садоводству, также расширили сферу своей деятельности, охватив тему моды.
Мода – главный показатель индивидуальной и групповой идентичности, и ее изменчивость отражает перемены в социальной матрице. В начале XX века мода указывала на жесткое классовое расслоение и протоколы, а шестьдесят лет спустя уже демонстрировала разрушение социальной иерархии и триумф молодежи. В последнее время она стала предельно политизированной и активно вовлекается в такие острые вопросы, как права ЛГБТК+[2], Black Lives Matter, культурное многообразие и иммиграция. С годами господство высокой моды уступило место тенденции «всё дозволено», которая позволяет потребителям благополучно сочетать одежду дизайнерских брендов с винтажными находками и этническими элементами (хотя в 2010-х годах моду на этническую одежду осудили как культурную апроприацию) и всё чаще – с выгодными покупками в магазинах массмаркета. Появление молодежных субкультур с их характерными кодами украшения изначально создавало контрапункт господствующей моде, оказав, по иронии судьбы, мощное стилистическое влияние на международные подиумные тенденции. Однако сегодня, благодаря мгновенному распространению информации в Сети, трудно оставаться в андеграунде и можно утверждать, что субкультуры утрачивают былое влияние.
1
Компания Meta Platforms Inc., владеющая социальной сетью Instagram, по решению суда от 21.03.2022 признана экстремистской организацией, ее деятельность на территории России запрещена.