Когда я входила в здание то уже прилично вспотела. Утренняя смесь смога, автомобильных выхлопов и аромата с пивоварни не помогала моей голове. Череп просто разламывался.
Дома не было ни капли кофе. Так что проходя в лифт, используя свой пропуск и поднимаясь на двенадцатый этаж, единственное слово которое крутилось в моей голове это — кофе!
Еще одни стеклянные двери распахнулись и я, наконец, попала в крыло судебной медицины.
Справа располагались кабинеты, а слева лаборатории: «Микробиология», «Гистология», «Патология», «Антропология-Одонтология». Окна были огромные — от потолка и до середины стены, и мне было видно что лаборатории пусты.
Проверила свои часы: 7:35. А так как персонал начинал работу в 8:00, то у меня было еще почти полчаса одиночества.
Вообще-то с Пьером ЛаМаншем. За те десять лет что я здесь работаю, начальник отдела судебной медицины приходит на работу к семи, и остается на работе еще долго после ухода всех. Старик работал как часы.
И еще он был загадкой. Каждый июль он брал три недели отпуска и еще одну на Рождество. Во время этих отпусков он каждый день звонил на работу, не прекращая вести дела. Он не путешествовал, не ходил в походы, не занимался садоводством, не рыбачил и не играл в гольф. Насколько нам было известно у него не было никакого хобби. И когда его спрашивали об отпуске, ЛаМанш вежливо уходил от темы, так что друзья и коллеги прекратили его спрашивать.
Мой кабинет был последним в ряду шести других, как раз напротив антропологической лаборатории.
На столе меня ждала гора различных бумаг, но я не стала на них отвлекаться, положила ноутбук и сумку, взяла свою чашку и направилась к комнате отдыха.
Как я и ожидала, еще одна открытая дверь оказалась у кабинета ЛаМанша. Я сунула голову к нему в комнату, возвращаясь уже с чашкой кофе.
Он посмотрел на меня сквозь лунообразные очки, сидящие на его длинном носу. У него все было длинным — нос, уши, лицо, с глубокими вертикальными морщинами. Этакий мистер Эд в очках для чтения.
— Темперанс, — только он называл меня полным именем. — Comment ça va?[43]
Я заверила его, что у меня все в порядке.
— Заходи, пожалуйста, — и он махнул огромной, веснушчатой рукой на два стула, стоящие напротив его стола. — Присаживайся.
— Благодарю, — и я присела, устроив на ручке кружку.
— Как Гватемала? Как отчет по Чупан-Йа?
— Сложно. По многим причинам.
— Да. Полиция Гватемалы очень хотела тебя заполучить.
— Не все разделяют это желание.
— Да?
— Что вы хотите узнать?
Он снял очки, положил их на стол и откинулся в кресле, приготовившись слушать.
И я рассказала ему про расследование в отеле «Параисо» и про Диаза, препятствующего моим исследованиям.
— Он еще не помешал вам участвовать в деле Клаудии де Альда?
— Не видела его.
— Есть подозреваемые по этому делу?
Я отрицательно помотала головой.
— Дочь посла и ее подруга здесь. Таким образом, только одна девушка считается пропавшей без вести?
— Патрисия Эдуардо.
— И жертва из канализационного резервуара.
— Да, и это может быть Патрисия.
Видимо по моему лицу можно было заметить что я испытываю душевный дискомфорт, вспоминая об этом.
— У тебя просто не было никаких шансов остановить этого Диаза, — посочувствовал мне ЛаМанш.
— Но я могла сделать более тщательный осмотр когда у меня был шанс.
Мы помолчали.
— Однако у меня есть парочка идей.
Я рассказала ему о кошачьей шерсти.
— И чего ты этим добьешься?
— Готовый профиль может быть полезен когда найдется подозреваемый.
— Ну, да, — несколько уклончиво согласился он.
— Собачья шерсть помогла засадить Уэйна Уильямса за убийства детей.
— Ну, не возмущайся, я ведь с тобой согласился.
Я отхлебнула кофе.
— Наверное это тупик.
— Однако, если монсеньор Ганье желает создать профиль по образцу, то почему бы и нет?
Я также рассказала ему о своих планах на сканирование.
— А вот на это уже больше надежды.
Я тоже надеюсь.
— Ты видела два запроса что я оставил у тебя на столе?
ЛаМанш говорил об официальном запросе на антропологическую экспертизу. Это специальная форма с которой начинается каждое дело. В этом запросе патолог указывает какие следует провести исследования, кто будет их проводить, а так же дает краткие пояснения по делу.
— Череп возможно не человеческий. В любом случае, смерть давняя. А по телу совсем другая история, так что начни, пожалуйста, с него.