Да, прежде чем описать картины, надо сказать вообще о том, кто такая Таис.
В египетском городе Александрия в начале нашей эры, около тысячи восьмисот лет тому назад, жила маленькая гетера (т. е. куртизанка) Таис. Александрия всегда была городом знаменитых куртизанок в эпоху расцвета древней Греции — Эллады, две тысячи двести — две тысячи лет тому назад. Таис жила уже в эпоху христианства. Считалось, что в ней возродилась лучшая прелесть древней Эллады, а гетеры ведь славились не только красотой и мастерством в любви, но и разнообразными знаниями, воспитанием и культурой.
В Таис влюбился знаменитый христианский монах и вероучитель. Он сумел убедить её принять христианство, но сам не устоял перед чарами страсти. Едва Таис это поняла, как ей стало претить христианство, но и к прежнему существованию она вернуться уже не смогла, удалилась в пустыню, но вернулась и пришла к искусству и сделалась моделью знаменитого скульптора, который сделал с неё изумительную статую богини любви. Она полюбила художника, стала его возлюбленной и жила с ним, пока её не отравили изуверы-христиане за измену её новой вере, которой собственно обманул её монах, впавший потом в безумие от своей страсти и нечистых помыслов.
Такова самая основа легенды, по которой есть ряд картин, рассказов и стихотворений.
Так вот, картина, о которой Вам хочу рассказать, следующая[103].
На левой картине, в свете полной яркой, южной луны, перед полукругом белых колонн на высоком пьедестале стоит прекрасная серебряная статуя Афродиты — богини любви и красоты. Всё пусто вокруг, только редкие звёзды сияют в высоте, могучие деревья обступают храм таинственной тёмной стеной, широкая беломраморная лестница спускается на обращённый к морю склон холма. Тонкая струйка благоуханного дыма поднимается в спокойном воздухе с едва курящегося жертвенника. И у подножия статуи одинокая маленькая коленопреклонённая фигурка Таис с поднятым в мольбе к богине лицом. Она просит защитить её от грубости жизни, дать ей в её маленькой жизни побольше красоты и любви.
Правая картина — это залитый ярким солнцем цветущий сад. Пронизанные светом голубые, алые и белые цветы склоняются на высоких ножках к широкой каменной скамье. На скамье полулежит, откинувшись назад в безмятежном сне, вся обнажённая Таис. Одна рука, закинутая назад и согнутая в локте, прикрывает глаза, другая беспомощно опушена вдоль тела.
Точёные линии гладкого, сияющего в солнечном свете тела удивительно чистые, девически нежные. Но широкие бёдра, круглые колени, увенчанные тёмными кончиками правильные полушария крепких грудей говорят о женской силе этого прекрасного тела, так же как и свободная, полная изящества поза отдыха.
Спиной к зрителю, прямо против света стоит тёмная напряжённая фигура мрачного монаха. С неистовым порывом он вглядывается в ничего не подозревающую Таис и жилистыми руками стягивает на себе грубую верёвку пояса, очевидно борясь с искушением. И безупречная красота Таис кажется сияющей дивным, божественным светом рядом с этой чёрной яростной фигурой. А в блеске сверкающего навстречу монаху солнца — неясное видение богини с лёгкой, сотканной из света мантией, готовой прикрыть Таис от нечистого взгляда.
И, наконец, средняя картина — почти в той же позе лежит на пьедестале из красного гранита мраморная статуя Таис. Вокруг — широкая площадь города, много проходящих людей. Юноша в тёмном хитоне замер от восхищения, любуясь Таис, полный смутных желаний и грёз о будущей любви. Суровый воин остановился и опёрся на меч, с лёгкой улыбкой вспоминая что-то при виде воплощения красоты.
А на переднем плане хорошенькая женщина с большими задорными глазами показывает тонкой, стройной, как былинка, девочке на статую Таис и говорит что-то, а девочка не сводит огромных задумчивых глаз с мраморного тела, полная тайных дум. Она даже наклонилась слегка вперёд и только отбрасывает рукой с лица мешающую прядь густых чёрных кудрей.
Вот и всё, но разве мало сказано этими картинами о жизни, судьбе и Таис. Напишите, как Вам понравилась легенда о Таис в этих картинах.
Ну, кончаю это неимоверно длинное письмо — целая статья бы вышла — ведь написана мелко и густо. Одно утешение, что читать Вам просто — это не мой почерк.
Будьте здоровы, Таис, веселы и довольны. Но всё же надо выполнять обещанное — берегите себя. Пока из Ваших подвигов этого не видно.
103
В папке с личными письмами находилась чёрно-белая открытка с подписью: «P. Chiesa. Legende der Tais. Linker flugel des tripychons». Имеется в виду картина: Пьетро Кьеза (1876/78-?). Швейцарская школа. Искушение. 1906 г. Холст, масло. 184x184. ГМИР (Государственный музей истории религии).
Однако описание, сделанное Ефремовым, не вполне соответствует картине. У Ефремова: «А в блеске сверкающего навстречу монаху солнца — неясное видение богини с лёгкой, сотканной из света мантией, готовой прикрыть Таис от нечистого взгляда». На картине Таис от монаха закрывает фигура Христа. Возможно, Ефремов при словесном описании сознательно меняет концепцию картины.
На открытке указано, что перед зрителями левая часть триптиха. Ефремов же описывает её как правую.