Выбрать главу

На ланч Крузо получил лиманд, а теперь, во время полдника, трудился над последней скальной рыбкой. Закончив, он, как и прежде, приплыл к краю бассейна. Энгес уже ушел, сказав: «Когда он ест, мне тоже хочется».

Ворчун встал на колени и опять измерил его пядью. Он растянул пальцы как только мог, но мизинец не дотянулся до кончика хвоста.

— Он вырос на дюйм! — воскликнула Керсти. — На целый дюйм! За день!

День за днем водоконь все рос и рос.

Кормить его оказалось не такой уж большой проблемой, потому что, как и предвидел Ворчун, он был неприхотлив. Он ел всякую рыбу, с удовольствием проглатывал креветок, морских звезд и похрустывал довольно большими зелеными прибрежными крабами. Особенно любил он мидий (которых среди скал было великое множество), и дети тратили немало времени, открывая их для него.

Не было проблемой и то, что морских животных пускали в пресную воду. Они пребывали в ней недолго, чтобы обеспокоиться такой переменой. Аппетит Крузо возрастал так же быстро, как рос и он сам. К концу недели он уже был величиной не с котенка, а с кошку. Когда ему исполнился месяц, он был уже две пяди в длину.

— Как ты думаешь, Ворчун, когда его уже можно будет пустить в озерцо? — спросила Керсти.

— Еще рано, — ответил Ворчун. — Там есть щуки в два раза его длиннее.

— Но он их победит, бьюсь об заклад, он их победит! — крикнул Энгес. — Он разорвет их на куски, наш Крузо! Он разорвет их на куски! — и он все бегал и бегал вокруг бассейна, загребая руками как ластами, рыча и строя ужасающие зверские гримасы.

— Нет-нет, — сказал Ворчун, — ему еще надо основательно подрасти. Мы должны еще довольно долго хорошенько кормить его, пока он сможет обходиться без нас и защищать себя. Хорошо, что здесь, в этом бассейне, наш Крузо в полной безопасности.

Но Ворчун ошибался.

Глава 5

СРЕДИ ВРАГОВ

Есть в одном очень старом церковном гимне такая строка: «Ты среди врагов». Никто и предположить не мог, что в подобной ситуации окажется и Крузо.

Первый враг пришел на четырех ногах.

Ранним утром, когда Крузо было уже три месяца, Керсти проснулась перед рассветом и услышала вдалеке какой-то резкий свист, похожий на звук флейты. Мама тоже слышала, решила, что это птица, перевернулась на другой бок и опять заснула. Ворчун, в начале ночи страдающий бессонницей, как часто бывает со старыми людьми, наконец уснул. Энгес, конечно, спал так крепко, что ничего не слышал.

Свист послышался снова. За их домом начинались покрытые вереском торфяники и торфяные болота, где кроншнепы выводили свои булькающие трели и красные шотландские куропатки выкрикивали: «Гоу бэк! Гоу бэк!»[1]. Но тот, кто свистел, подходил все ближе и ближе к дому.

И вдруг ужасная догадка пронзила Керсти, она выскочила из кровати и схватила в книжном шкафу книжку, которая называлась «Дикие животные Британских островов». Поскольку Керсти животными очень интересовалась, эта книжка была ее любимой. В памяти всплыло недавно прочитанное, и она поспешила найти нужную страницу. Взгляд торопливо скользил по разделам: «Происхождение вида», «Жизнь в разные времена года», «Повседневная жизнь», «Пища» и, наконец, «Голос». Там было написано: «Шипение — когда играет или испугана. Визг — когда разъярена. Резкий флейтовый звук…»

Как раз в тот момент, когда она это читала, опять раздался этот звук, теперь уже совсем близко — выдра!

Накинув халатик, Керсти бросилась вниз по лестнице, сунула босые ноги в сапоги и выскочила из дома. Уже стало довольно светло, и когда она бежала, то увидела, как что-то длинное, приземистое, с выгнутой спиной метнулось по траве к бассейну. Керсти знала, что выдры едят всякую рыбу, и для этой водоконь показался бы всего-навсего какой-то еще одной разновидностью.

Керсти закричала так громко, как никогда в жизни. Застигнутая врасплох выдра испугалась и пустилась наутек так стремительно, как только позволяли ее короткие лапки.

Керсти встала около бассейна на колени, часто дыша от бега, а также от страха и негодования, которые охватили ее, и в это мгновение всплыл безмятежно спящий Крузо. Нос высунулся, Крузо сделал вдох и опять погрузился в воду. Он не слышал, как кричала Керсти. Не слышал, разумеется, и Энгес. Но из дома спешили к ней мама и Ворчун.

— Что же делать? — спросила Керсти, все рассказав им. — Выдра опять может прийти.

— Сомневаюсь, — сказал Ворчун. — Ты так кричала, что напугала ее до смерти. Даже я испугался. Но на всякий случай надо принять кое-какие меры, чтобы защитить Крузо.

И в то же утро Ворчун смастерил большую деревянную раму с натянутой поверх нее проволочной сеткой, которая накрывала пруд, как крышка. Она оставалась там все лето, днем и ночью. Они поднимали ее только для того, чтобы покормить Крузо или поиграть с ним.

Второй враг пришел на двух ногах.

Это случилось примерно месяц спустя, уже осенью, и как раз тогда, когда никого не было дома. Мама поехала на автобусе за покупками на неделю, а остальные пошли к морю собирать после отлива плавник и за едой для Крузо. Они были уверены, что под сеткой он в безопасности.

Домой Ворчун нес вязанку с плавником, а дети — по корзинке с рыбой. Они почти поднялись по тропинке, когда вдруг услышали со стороны бассейна громкий квакающий звук. Что-то похожее на: «Фрэнк!» — и затем опять, неистовое и паническое: «Фрэнк! Фрэнк! Фрэнк!»

— Быстрее! — крикнул Ворчун, бросая поклажу. — Ставьте корзинки и бегом!

— Кто это? — закричали дети.

— Цапля!

«О нет!» — думала Керсти на бегу. Она не только читала о ней в своей книжке, но и видела цаплю, стоящую на длинных ногах в озере, на мелководье. Длинная шея была вытянута, цапля стояла, застыв без движения, жадно уставившись в воду. И вдруг с быстротой молнии ударила длинным желтым клювом вниз и пронзила рыбу.

Но сцена, которая предстала перед ними сейчас, была скорее комичной, чем трагичной.

Цапля действительно попыталась ударить по водоконю, но кончик ее клюва воткнулся в ячейку проволочной сетки. «Фрэнк!» — опять крикнула птица. Завидев приближающихся людей, она изо всех сил пыталась освободиться; наконец это ей удалось, и, стремительно поднявшись в воздух, она улетела, медленно взмахивая большими изогнутыми крыльями.

— Кровь в воде, — зловещим голосом сказал Энгес. И действительно, клюв цапли прошел через проволоку достаточно далеко и задел спину Крузо. Но это была всего лишь царапина, которая, казалось, не слишком его беспокоила. Во всяком случае, всю рыбу, которую они ему принесли, он съел, как и всегда, с удовольствием.

Третий враг нагрянул зимой, не на четырех и не на двух ногах. Он был бесплотным, его нельзя было увидеть или услышать, у него не было запаха. Но если появление двух первых врагов было неожиданностью, приход третьего был даже предсказан по радио.

Однажды вечером, в начале января, Ворчун сидел и, по обыкновению, слушал радио, ожидая прогноз погоды, чтобы затем, опять-таки по обыкновению, выразить недовольство.

Тут-то и пришло из эфира сообщение о приближении третьего врага: «Сегодня ночью на большей части Шотландии будут заморозки. Особенно сильные в северных и северо-восточных районах. И небольшие в западных».

Как обычно, западное побережье отделывалось лишь легким испугом, благодаря теплым водам Гольфстрима, доходящим сюда из Флориды через всю Атлантику. Но угроза даже слабых заморозков заставила Ворчуна повысить бдительность. Напоследок перед сном он пошел взглянуть на бассейн. Все было в порядке. Утром первым делом Ворчун опять пошел проведать Крузо. Вода уже была подернута ледяной пленкой.

До завтрака Ворчун с детьми стояли и смотрели, как Крузо явно забавлялся, прокладывая себе путь, с хрустом рассекая тонкий ледок.

— Он ледокол! — закричал Энгес и побежал вокруг садка, вытянув вперед руки, сомкнув кончики пальцев, изображая таким образом нос корабля. — Ледоход Крузо в Антарктике, полный вперед, бамц, трах, бум!

вернуться

1

«Иди назад! Иди назад!» (англ.)