— С вами все в порядке? Миссис Леон? Миссис Леон? — Фейт встал и подошёл к Джулии. В этот момент она уже закрыла глаза, запрокинув голову назад.
— Салфетки! Дай салфетки! — крикнул Фейт Томасу, чтобы тот достал влажные салфетки из портфеля.
Фейт открыл пачку и стал протирать лицо Джулии. Она почти тут же очнулась.
— Вот, держите пока у себя — Фейт приложил ей ко лбу мокрую тряпку.
— Да, спасибо — поблагодарила Джулия, держа руку у головы.
— Я так, полагаю, мы на этом прервемся, вы можете вернуться к себе — сказал Фейт, показывая на дверь.
Джулия вышла и направилась в камеру, за спиной разразилась настоящая дискуссия. Джулия замедлила шаг, пытаясь их расслышать.
— Столько времени потратили на пустую болтовню!
— Подожди, но теперь оказалось, что она вовсе ни в чем не виновата, ее просто подставили.
— Мне плевать на эту сумасшедшую, пусть сгниет тут, мне все равно!
— Подумай о том, что этот преступник сейчас на свободе, и возможно готовит очередную поломку или аварию.
— Чего ты добиваешься?!
— Ты спасешь эту ни в чем не повинную женщину и найдешь виновного.
— Мы уже ничего не решим. Наша задача была в том, чтобы она во всем созналась. Приговор уже вынесен, ее ничто не спасет.
— Ты просто не хочешь марать руки.
— Нет, не хочу!
— Тогда она тебя описала вполне верно.
— Иди в одно место Ник, я ухожу.
— Ага, езжай домой, я задержусь в отделе.
— Ради нее?
— Да.
Остальной диалог она разобрала плохо. После того, как Джулия услышала о собственной обреченности, плечи потянули ее вниз. Неужели можно вот так осудить ни в чем не повинного человека? Ей было плевать на то, что хотели сделать с ней. Внутри нее находилась еще одна жизнь, за которую она была готова бороться больше чем за свою собственную. Она села на койку, достала из пакетика одну таблетку и запила ее водой. Потом легла и отключилась. Проснувшись как в тумане, Джулия огляделась по сторонам. Витамины с водой лежали прямо на кровати, значит никто не приходил. Мятый пакет зашуршал и привлек внимание женщины в камере напротив. Та, словно обезьяна, подпрыгнула и начала скакать по клетке, как ее далекие предки.
— Дай, дай, дай, — повторяла она, Джулия увидела эти бешенные глаза человека, который всю жизнь просадил ради пары минут наслаждения. Ее, скорее всего, взяли на воровстве, потому что терапии никакой нет, а с последствиями ломки ей приходится справляться самостоятельно.
— Дай, дай, дай — повторяла она.
— Заткнись! Замолчи сказала, ты не видишь у нее ребенок будет — сказала дама из соседней клетки. Затем она посмотрела на Джулию, когда умалишенная затихла и спросила:
— Милая, ты в порядке? — посмотрела она на нее.
— Да, спасибо — ответила Джулия.
— Я Руд — представилась женщина. Она была довольно полной и если не смотреть на остальные внешние данные, у нее были глаза, которые напомнили Джулии взгляд ее бабушки. Такой искренний, добрый и спокойный.
— Я Джулия — ответила она.
— А, Юля значит — улыбнулась женщина.
— Да — сказала Джулия.
— Я так поняла, на тебя повесили ложное обвинение, или донес кто? — спросила Руд.
— Да, повесили. А вы разве не по той же причине? — поинтересовалась она.
— Ох, нет. Я убила своего мужа. Когда он в угаре полез на меня пьяный с кулаками, я отмахнулась утюгом и попала ему в висок, к сожалению, он скончался на месте. Полиция не стала разбираться в его прошлом, скинув все на бытовую ссору, в которой я оказалась крайней — поведала Руд свою историю.
— И когда вас должны освободить? — спросила Джулия.
— Должны были выпустить еще месяц назад, под залог в 186 млн. мен33, но так уж вышло, что моя семья не располагает такой суммой, поэтому я сижу здесь, не зная смогу ли увидеть еще раз солнечный свет.
— Надо верить, обязательно — старалась подбодрить собеседницу Джулия.
— Поздно, детка. Я уже свое прожила, а тебе обязательно надо выйти, у тебя вся жизнь впереди, и у него тоже — она улыбнулась и посмотрела на живот Джулии.
— Думаете, будет мальчик? — спросила Джулия.
— Я в этом более чем уверена — отвечала дама.
— Вы повитуха? — уточнила Джулия.
— Нет, ясновидящая — улыбнулась Руд.
С этого момента Джулия не отходила от нее с расспросами. Даже с самой скептической точки зрения можно сказать, что это знакомство пошло молодой матери на пользу. Джулия смогла отвлечься от допроса, от тюремной атмосферы. Она старалась видеть во всем хорошее, но когда-то и для подобных людей наступают черные дни, тогда малейший свет и тепло должны послужить катализатором и снова запустить маховик позитивной жизни. Руд скорее успокаивала Джулию, она не могла видеть будущее, не могла предположить, что будет завтра. Но как считала сама Руд, она может видеть жизненный путь человека, его прошлое. Ведь там позади остаются порой оставленные задачи, которые, превращаясь в снежный ком, с годами становятся большой проблемой. У Джулии она видела несчастное детство, и раннюю смерть обоих родителей.