Потом мы попрактиковались в плавании на спокойной воде и вниз по течению, где вода такая неподвижная, что в ней можно увидеть небо. Я чувствовала себя стремительной и легкой, как угорь. И мокрой; мокрой! Мокрой, будто никогда и не жила на земле. В прошлом году в школе мы читали, что индейцы верят в реинкарнацию. Может быть, в прошлой жизни я была угрем? Угорь. Морской котик. Я чувствую, что это вполне возможно!
У меня в ушах до сих пор полно воды, и когда я трясу головой, она плещется там.
Ужас как хочется спать! Спокойной ночи, дорогой дневник!
Вторник, 15 июля 1947 года
Крисси научила меня самым нечестивым словам из любимого маминого гимна – «Я погрязла во грехе – но джин поднял меня!»
Крисси говорит, что джин с тоником лучше всего. Она попробовала спрятать бутылку в своей кровати, но отец нашел ее, так что мы по-прежнему трезвенькие, о-ля-ля!
Зато мы можем ходить па каноэ через пороги и через дамбы, и Крисси обещала взять меня с собой в какое-то сногсшибательное приключение! Но она говорит, что сначала нам нужно раздобыть какую-нибудь выпивку.
Не могу дождаться!
Суббота, 19 июля 1947 года
Сегодня в лагере костер. Песни были такие занудные!
Дик сегодня прислал мне коробку шоколада. «Только не говори маме», – пишет он. Как будто я что-нибудь говорю маме!
Я слопала весь шоколад после обеда. Сладости для сладенькой! Сегодня у Молли будет болеть животик! Но она все равно довольна.
Понедельник, 21 июля 1947 года
В эти выходные поедем вниз по течению в лагерь мальчиков.
– Я собираюсь сама проявить инициативу, – заявила Крисси. – Сама!
Может быть, мне надо немного подкрасить лицо, как мы с Бетси сделали это в ту последнюю ночь или делали до этого. Сейчас я питаю слабость к розовым полоскам и желтым точечкам. Интересно,Бетси забыла меня? Я думаю, если бы она увидела меня сейчас, то сочла бы самой развязной jeune fillet [5]!
Сегодня я видела на лугу за нашей комнатой целый рой прозрачных желтых бабочек. Это заставило меня вспомнить о моем дорогом, любимом папочке. Он бы сказал мне, что это за бабочки, без него я чувствую себя такой глупой! Скучная, скучная Молли.
Самой проявить инициативу – вот что мне нужно.
Я отказалась отвечать на письмо Дика. А мама отказалась писать мне после нашего последнего телефонного разговора. Так что мы в расчете.
Воскресенье, 27 июля 1947 года
Вот будет здорово, когда Дик узнает, чему я научилась в лагере. Он будет так ревновать! Мама всегда говорила мне, что я должна стать более сговорчивой – вот я и последую ее совету. Мне ужасно хочется послать домой открытку и рассказать им обо всех моих фокусах!
Дневник, ты никогда не догадаешься, чем мы занимались. Вода в реке поднялась так высоко – всю ночь шел дождь, – а ведь мы плыли на каноэ. Я думала, мы точно утонем: вода переливалась через край, громадные волны.
Когда мы наконец-то добрались до цели (мои волосы совершенно промокли, а футболка просто прилипла к телу), на берегу нас ждал мальчик – Крисси сказала, что его зовут Тедди – со своими приятелем Рональдом.
У них была бутылка сливового джина и старое одеяло. Мы шли через лес, пока не нашли полянку,на которой и расстелили одеяло. Мне так хотелось есть, дорогой дневник, а у них ничего не было. Я думала, что умру с голоду, но сливовый джин казался таким рубиново-красным, густым, и я подумала, что если выпью побольше, то голод уже не будет меня мучить.
Мальчики стали снимать одежду.
– Пойти купаться голышом, – сказал Тедди. – В последний раз было здорово!
Крисси уже сняла блузку.
– В чем дело, Молли? Ты что, боишься? – спроста она.
– Конечно нет, – ответила я, стянула через голову футболку и повесила ее на ветку. Потом сняла шорты и белье. – О'кей, пошли.
Мы пошли вслед за мальчиками по лесу и вскоре подошли к маленькому голубому озеру, окруженному деревьями. Рональд схватил меня, как только я прыгнула в воду, и потянул вниз,
– Ну ты, поросенок! – воскликнула я и ударила его по ребрам. Он отпустил меня.
Тедди и Крисси были уже вовсю заняты делом, прямо в воде. Она обхватила его ногами и обняла за шею.
– Ну, куколка, – Рональд оказался сзади меня и что-то шептал мне в ухо. Руки его ласкали мою грудь.
– Я тебе не куколка, – сказала я. – Пошел вон.
По он повернул меня к себе и стал целовать. Дневник, он мне не нравится, это не мой тип – у него рыжие волосы, руки и ноги очень мускулистые, но целуется он здорово. Я представила себе, что это Дик.
Как бы то ни было, он взял мою руку и положил ее себе – ты знаешь, на что. И эта штука торчала из воды, будто толстый розовый червяк.
– Хорошо, – одобрительно сказал он, словно учил меня чему-то. – Черт, у меня нет резинки! – Дневник, я себя почувствовала такой подлой. Он вынес меня из воды, и мы пойти к одеялу. Крисси и Тедди исчезли в лесу.
– Не волнуйся, – сказал Рональд, ложась на меня сверху. – Я не стану втыкать его в тебя, так что ты не забеременеешь.