Симпатии к атеизму Эпикура и его попыткам философски обосновать необходимость свободы индивида, детальное исследование натурфилософии этого материалиста древности подготавливали возникновение новой, отличной от гегельянской, тенденции в воззрениях молодого Маркса. В этом отношении важное значение имеет сделанное Марксом открытие, что атомизму Эпикура свойствен энергетический принцип. Важнейший элемент этого принципа – положение об отклонении атомов от прямой линии. Благодаря этому «в отталкивании атомов их материальность, выраженная в падении по прямой линии, и присущее им определение формы, выраженное в отклонении, синтетически соединены» (16, с. 175). Конечно, Маркс подошел к этому открытию с идеалистических позиций. Но объективно оно представляло собой конкретную форму, в которой Маркс впервые фиксировал возможность синтетического соединения материализма с концепцией движения, развития, свободы[10], т.е. такого соединения, всестороннее научное обоснование и развитие которого как раз и стало впоследствии одной из великих заслуг основоположников диалектического материализма.
Само направление развития взглядов Маркса было иным, чем у большинства младогегельянцев: если последние эволюционировали от Гегеля к Фихте, то Маркс, склонявшийся первоначально к Канту – Фихте, в дальнейшем через философию Гегеля совершит переход к материализму. «Философия самосознания» служила как бы мостиком, на котором молодой Маркс встретился с младогегельянцами; одно время казалось, что этот мостик прочно связывает их, в действительности же они шли по нему в разных направлениях.
Различие между ними проявляется уже в том осмыслении законов развития философии и истории вообще, которое дает Маркс в своей диссертации. Ход истории представляется Марксу результатом взаимодействия философского сознания с эмпирическим миром[11]. Это взаимодействие имело несколько этапов. Каждый этап начинался возвышением философии до всесторонне разработанной системы (до завершенной в себе конкретности): в древнее время это была, например, философия Аристотеля, в новейшее время – философия Гегеля. Однако, с точки зрения Маркса, эта завершенность есть не «примирение идеи и действительности в философствующем духе», как уверяет буржуазный толкователь Марксовой диссертации Ландсгут (см. 33, с. XVI), а обособление философии от мира, формирование ее в некоторое единое целое, состоящее пока лишь из абстрактных принципов.
Достигнув этой внутренней завершенности, философия затем обращает свой взор на внешний мир, вступая во взаимодействие с ним: «ставший в себе свободным теоретический дух превращается в практическую энергию и, выступая как воля из царства теней Амента, обращается против земной, существующей помимо него действительности» (16, с. 210).
Этот процесс имеет две стороны: объективную – взаимоотношение философии с внешним миром, т.е. с тем миром, который существует помимо философии и от которого сама она тоже не зависит, пока не вступает во взаимодействие с ним; и субъективную – взаимоотношение философии с ее духовными носителями, с философами, или с философским самосознанием.
Первое, объективное отношение есть «отношение рефлексии», отношение взаимоперехода каждой из сторон друг в друга. Выступая против мира, философия навязывает ему свою сущность, в результате чего мир становится философским. Но, сливаясь с философией, он передает ей свою сущность, в результате чего философия становится мирской. Осуществление философии Маркс понимает как революционизирование и мира и философии, в результате чего возникает новое качество.
Второе, субъективное отношение есть проявление первого в самих духовных носителях философии, в их самосознании. Поскольку объективное движение философии есть двойственный процесс превращения мира в философский мир, а философии – в мирскую философию, постольку и субъективным носителям этого объективного процесса, «этим отдельным самосознаниям всегда присуще обоюдоострое требование: одно острие направлено против мира, другое – против самой философии» (16, с. 211).
Этот раскол отдельного философского самосознания внутри самого себя в конце концов проявляется вовне как раздвоение самой философии на два противоположных направления. Каждое из этих направлений выражает одну из сторон дихотомии «философия – мир». Либеральное направление воспринимает понятие и принцип философии, позитивное же направление выражает момент реальности.
10
Подробнее этот вопрос рассмотрен в работе П. Тольятти «От Гегеля к марксизму» (см. 106).
11
На эту особенность позиции Маркса впервые со всей отчетливостью обратил внимание О. Корню (см. 75, с. 188).