В начале этого процесса грани между старым и новым в воззрениях Маркса очень тонки и условны. Постановка и решение отдельных вопросов с революционно-демократических и подчас материалистических позиций соседствует в его работах с младогегельянски-идеалистическим толкованием тех же или смежных проблем. Первоначально Маркс даже не осознавал материалистической направленности эволюции своих взглядов, т.е. его движение к материализму происходило стихийно.
Развертывание этого процесса непосредственно связано с деятельностью Маркса в качестве главного редактора «Рейнской газеты».
Редактор «Рейнской газеты»
«Рейнская газета» начала выходить с 1 января 1842 г. в Кёльне. Акционеры предполагали сделать ее весьма умеренным органом, занимающимся главным образом экономическими вопросами, и потому назначили на пост главного редактора Густава Гёфкена – ученика известного буржуазного экономиста Фридриха Листа[15]. Но взятое им направление встретило резкие возражения со стороны ответственного издателя Георга Юнга, выражавшего мнение младогегельянцев. Уже 18 января Гёфкен вынужден был подать заявление об уходе с поста редактора, а вместо него, по совету Маркса, был назначен Адольф Рутенберг.
С этого момента младогегельянцы фактически завладели газетой. Кроме Маркса и Энгельса ее постоянными сотрудниками стали Бруно и Эдгар Бауэры, Гесс, Буль, Кёппен, Мейен, Науверк, Прутц, Штирнер и другие. Газета стала обсуждать проблемы объединения Германии, свободы печати, введения представительной системы правления и т.д. Акционеры не возражали против такого поворота, ибо в результате газета начала приобретать популярность (число подписчиков выросло с 400 до 800).
Прусское правительство весьма обеспокоилось новым направлением газеты и, угрожая запретить ее, резко усилило цензуру. В этих условиях большая роль должна была принадлежать главному редактору. Между тем Рутенберг оказался бесхарактерным и неспособным как руководитель. Облик газеты складывался в значительной мере стихийно, в зависимости от того, какая из групп сотрудников писала больше статей и более напористо добивалась их опубликования. Благодаря этому газета, несмотря на свой резко усилившийся оппозиционный тон, по существу не имела на первых порах определенной линии, высказывая в различных номерах противоречивые суждения по одним и тем же вопросам. Впрочем, до конкретной постановки вопросов дело доходило очень редко, так как в статьях младогегельянцев преобладали громкие, но общие фразы. В результате наметившийся было подъем популярности газеты вскоре приостановился, и правительственные чиновники пришли к выводу, что газета обречена на прозябание.
Маркс глубоко переживал свою ошибку с рекомендацией Рутенберга и сам начал все более энергично влиять на направление газеты. Первая же его статья – «Дебаты о свободе печати…» – явилась важной вехой в истории «Рейнской газеты»: сочетая революционную страстность с конкретной, практической постановкой обсуждаемых вопросов, она положила начало повороту газеты в сторону революционного демократизма. Это направление вскоре было подкреплено другими статьями Маркса. Но статьи одного автора, даже такого, как Маркс, не могут изменить облика крупной ежедневной газеты. Необходимо, чтобы это изменение стало делом всей редакции. Вот почему Маркс начинает оказывать все возрастающее личное воздействие на ответственных издателей «Рейнской газеты», Юнга и Оппенгейма, постепенно становясь фактическим ее руководителем.
Преследуя стратегическую цель – развернуть через «Рейнскую газету» широкую пропаганду против основ политического строя Пруссии, Маркс тактически оказался вынужденным вести борьбу на два фронта. Первый и главный из них – борьба против апологетики существующего строя, выступающей под флагом романтизма. В статье «Философский манифест исторической школы права», появившейся в газете 9 августа 1842 г., он показал, что Гуго, основоположник реакционной исторической школы права, все существующее признает «в качестве авторитета, а всякий авторитет берется им как основание» (1, с. 87). Будучи по-своему последовательным, Гуго вовсе не смущался тем, что многие из существующих порядков неразумны; более того, неразумность он возвел в вечный принцип истории. Гуго «не видит более ничего разумного в позитивном, но лишь для того, чтобы не видеть ничего позитивного в разумном. Он думает, что видимость разума в позитивном была развеяна лишь для того, чтобы признать такую позитивную действительность, которая лишена даже видимости разума; он думает, что люди сбросили фальшивые цветы с цепей для того, чтобы носить настоящие цепи без каких бы то ни было цветов» (там же).
15
Реакционные взгляды Ф. Листа Маркс подверг убийственной критике три года спустя, в рукописи «О книге Фридриха Листа „Национальная система политической экономии“» (см. 18, с. 228 – 258). Эта книга появилась в 1841 г., незадолго до приглашения Гёфкена на пост главного редактора «Рейнской газеты».