– Два виски, пожалуйста, – обратился Майкл к англичанину с нашивками младшего капрала, который всегда вставал за стойку, приезжая в Лондон в увольнительную.
– Виски нет, полковник. – Зубов у капрала не было вовсе, а состояние десен говорило о том, что с питанием в английской армии дело обстоит не очень хорошо. – Извините.
– Тогда два джина.
Капрал, в сером фартуке поверх военной формы, ловко и с любовью наполнил два стакана.
К пианино присоединились дребезжащие мужские голоса:
Майкл поднял стакан, повернулся к Луизе:
– Будем здоровы.
Они выпили.
– Шесть шиллингов, полковник, – напомнил капрал.
– Запиши на мой счет, – ответил Майкл. – Сегодня я на мели, но ожидаю крупный заем из Австралии. Мой младший брат – майор авиации. Получает там и жалованье, и суточные.
Капрал нацарапал фамилию Майкла в замусоленной бухгалтерской книге и открыл две бутылки теплого пива для сержантов-летчиков, которые, услышав музыку и пение, с полными стаканами направились в соседнюю комнату.
– Я желаю обратиться к вам от имени генерала Шарля де Голля, – подал голос француз, оторвавшись от недогрызенного стакана. – Всех присутствующих покорнейше прошу встать в честь генерала Шарля де Голля, лидера Франции и командующего французской армией.
Все поднялись, отдавая должное генералу Шарлю де Голлю.
– Мои дорогие друзья, – начал француз громким голосом с сильным русским акцентом. – Я не верю тому, что пишут в газетах. Я ненавижу все газеты и всех репортеров. – Он злобно глянул на корреспондентов, облепивших Павона. – Генерал де Голль – демократ и человек чести. – Француз сел и мрачно уставился на изгрызенный стакан.
Тихонько сели и остальные. В дальней комнате запели летчики:
– Ну дела, ночь была, все объекты разбомбили мы дотла, но команда цела и машина…
– Господа! – воскликнула хозяйка. Она спала на стуле у стены. Очки ее болтались на одном ухе. Открыв глаза, она улыбнулась всей честной компании и указала на капрала из женской вспомогательной службы, в этот самый момент выходившую из туалета. – Эта женщина украла у меня шарф, – пробормотала хозяйка и вновь заснула, громко захрапев.
– Что мне нравится в этом клубе – так это атмосфера старой доброй Англии. – Майкл огляделся. – Здесь она ощущается особенно сильно. Крикет, чай в саду викария, музыка Делиуса[61].
– …нос пробит, хвост горит, но машина летит на честном слове и на одном крыле, – пели в дальней комнате.
Высокий, тучный генерал-майор службы снабжения, накануне прилетевший в Англию из Вашингтона, вошел в клуб под руку с крупной молодой женщиной. Майкл отметил ее длинные зубы и черную вуаль. За ними тащился пьяный капитан с пышными усами.
– О, моя дорогая миссис Маккимбер! – Генерал, широко улыбаясь, направился прямо к Луизе и поцеловал ее.
61
Речь идет о