Испугался мангас Индэрмэ и говорит:
— Всем известно, лиса, какая ты умная. Скажи, есть ли средство спастись?
— Есть, только надо выполнить все мои указания. Если ты сделаешь так, как я скажу, то станешь ханом и тебе будут подвластны многие земли. Сам Хурмаст-хан будет служить тебе!
— Говори же, и я сделаю тебя всемогущей, — перебил лису мангас Индэрмэ, — ты будешь владычицей степей, я дам тебе все, что ты захочешь, только спаси меня.
— Уж так и быть, по доброте своей я помогу тебе. Вели своим слугам выкопать яму глубиной в шестьдесят саженей и привезти берез. Садись в эту яму со своими родителями, братьями, родственниками, женой и детьми и запасись едой на двадцать один день. Когда настанет двадцать второй день, считай, что опасность миновала.
Мангас сделал так, как велела лиса: велел слугам привезти березы, выкопать яму, заготовить еды на двадцать один день и вместе со всей родней спрятался в яме, а подданным наказал до своего возвращения во всем слушаться лису. Когда яму завалили березами, лиса собрала подданных мангаса Индэрмэ и сказала:
— Сейчас к вам приедет Хурмаст-хан со своим зятем Баян-борноем. Вы должны встретить гостей так, будто вы их подданные. Баян-борной послан небом, и вы должны его почитать. Если вы сделаете его своим ханом, то станете богатыми и бессмертными. Украсьте дворец и встретьте Баян-борноя, как подобает встречать хана.
Когда Хурмаст-хан увидел роскошный дворец, он подумал: «Какому же богатому и благодетельному человеку отдал я свою дочь!» — И, успокоенный, он вернулся с ханшей обратно.
Дней через десять дочь Хурмаст-хана проходила мимо сваленных в кучу берез и услышала под землей какой-то шум. Испугалась она, прибежала к мужу и лисице и рассказала им об этом.
— Я уже докладывала Хурмаст-хану, — успокоила ее лисица. — Подданные говорят, что это шумят под землей мертвецы, которые превратились в чертей. Надо их уничтожить!
И лиса доложила Хурмаст-хану, что его зять и дочь просят уничтожить чертей, которые живут под землей. Хурмаст-хан ниспослал гром на яму под березами и убил мангаса и всю его родню. Бедный юноша стал ханом, а умная рыжая лиса — его правой рукой — мудрым советником. И зажил народ в тех краях спокойно и счастливо.
МУДРАЯ НЕВЕСТКА
авным-давно жил на свете один хан. И был у него единственный сын. Состарился хан, пришло время передать престол сыну. Но наследник был настолько глуп, что не только не мог управлять государством, но даже, войдя в аил, не мог поздороваться с людьми. Созвал хан своих чиновников.
— Я уже стар, и мне и тягость ханская власть, а сыну моему нельзя доверить государственные дела. Подумайте, кому передать престол.
Собрались чиновники, посовещались и решили: человек не отрезает себе ноги, потому что они потеют, и нельзя отвергать наследника, потому что он глуп.
— Пусть ваш сын наследует престол, только надо его женить. Жену подберите ему умную, чтобы она могла вести государственные дела, — сказали чиновники. — Велите, хан, нарисовать всех животных мира, письменные знаки, растения, солнце, луну и звезды, выставьте эти рисунки на большой проезжей дороге, а всех своих подданных заставьте поклоняться этим изображениям. Умный человек сразу заметит недостатки в рисунках.
Хан одобрил это решение, собрал своих самых лучших художников, маляров, граверов и велел установить на людном перевале щит с написанным на нем известным буддийским изречением. Рядом приказал построить субурган[16],а внутри него посадить двух писарей с трехдневным запасом пищи; они должны будут записывать каждое слово поклоняющихся. По всему государству был зачитан ханский указ: «Для правоверных на перевале вывешена молитва. Повелеваю всем без исключения в течение трех дней явиться на тот перевал и помолиться. Кто не помолится, будет строго наказан».
Все подданные молились в течение трех дней. И не нашлось ни одного человека, который произнес бы больше пяти известных слов из молитвы.
И вот когда писари начали готовить отчет хану, на северной дороге показался еще кто-то. Чиновники решили подождать, пока человек пройдет мимо, и отложили свои перья. Это был старик лет восьмидесяти, который вел комолого жирного быка. Бык тащил на спине ветхую юрту, а за ним следовала девушка лет семнадцати.
Увидев на перевале щит с молитвой, старик сказал дочери:
— Давай-ка распряжем быка да помолимся.
Дочь прочитала молитву и говорит:
— Нет, отец, не стоит молиться, пойдем дальше.
Рассердился старик на дочь.
— Мне уж умирать скоро, и я хочу покаяться перед смертью, почему ты мне мешаешь?
И дочь ответила:
Старик согласился: перед такими изображениями и впрямь не стоит молиться.
Чиновники записали все, что говорила девушка, а запись эту показали хану. Заинтересовался хан ответом девушки и спросил, где она.
— Ее отец поставил юрту на берегу южной реки.
Хан захотел посмотреть на девушку и велел привести коня. Слуги доложили, что девушка собирает аргал, и хан поехал к старику. Поговорив с ним о том о сем, хан на прощанье сказал:
— Ну, старик, завтра утром, когда я приду, ты подоишь своего быка, а из молока приготовишь тарак[18]. Если этого не сделаешь, тебя убьют.
Старик испугался и заплакал. Пришла дочь, спросила, о чем он плачет, и когда отец ей все рассказал, проговорила:
— Не беспокойся, человека убить не так просто. За такие пустяки не убивают.
Утром дочь приготовила отцу чай, раскидала навоз с западной стороны юрты, потом расстелила тюфяк, уложила на него отца, а у входа в юрту вбила два кола и протянула между ними волосяную веревку[19].
Когда хан явился за тараном, девушка вышла и сказала, что заходить в юрту нельзя: ее отец рожает.
— Где это видано, чтобы мужчина рожал? — спросил хан, а девушка ему ответила:
Хану нечего было сказать, и он молча вернулся домой. Когда девушка снова пошла за аргалом, хан вернулся к старику и говорит:
— Ты, старик, скрути мне путы из пепла. Я приду завтра утром и стреножу ими своего коня. Если не выполнишь моего порученья, я убью тебя.
Заплакал старик. Принесла дочь аргал, спросила, почему он плачет, и, узнав причину, сказала:
— Не расстраивайся, отец, из-за таких пустяков.
Утром она встала, приготовила отцу чай и сплела из сена путы. Как только хан вышел из своего дома, она подожгла сено получились путы из пепла. Когда она показала их хану, тот, ни слова не говоря, повернул обратно, а девушка снова отправилась за аргалом. И опять хан пришел к старику.
— Старик, когда я приду завтра, ты свою дочь ни на улицу не пускай, ни в юрте не оставляй, а если она будет на улице или в юрте, тебя убьют.
Опять старик испугался. Пришла дочь, узнала, что говорил хан, и спокойно сказала:
— Ну что ж, пусть приходит.
Утром она встала, выглянула на улицу, а хан уже идет к ним со всеми своими чиновниками. Увидал их старик, затрясся от страха.