На следующее утро Сюэчэнь стремительно вошла в комнату брата и без спросу плюхнулась на край его постели:
— Ванлинь, сегодня ночью я видела сон!
Он все еще дремал, поглощенный сновидением без внятного смысла.
— Ты чего? — пробурчал он. — Который час?
— Десять утра. Говорю же тебе — я видела сон. Такого не случалось уже много лет. Я сидела за столом с Эмили Бронте по правую руку и Шарлоттой напротив нее[20]. Держались мы все трое очень сдержанно. Потом подошли Энн и Патрик, постояли рядом с нами, улыбаясь, и снова ушли. Патрик очень похож на Шарлоту, сидевшую почти напротив меня: удлиненное лицо с тонкими чертами, каштановые волосы. Я сказала Эмили и Шарлотте, что и спустя век, и спустя два их у их романов все еще будет много читателей, у романа Энн тоже, хотя и меньше. Вот.
— И… всего лишь?
— Всего лишь? Да это же мой первый сон за много лет! Ты понимаешь?
Взволнованная до невозможности возвращением сновидений, она схватила брата за плечи и расцеловала в обе щеки.
— Я приготовлю тебе чаю, — сказала она, вскакивая с кровати.
Чэнь-Костлявый протер глаза, откинул пятками одеяло, опустил ноги на пол и, зевая, подумал, что сны сестре следовало бы видеть чаще. В своей полосатой пижаме и со всклокоченными волосами он показался себе похожим на Кларка Гейбла[21] — без усов, в фильме Фрэнка Капры «Это случилось однажды ночью». «Уши у него больше моих, — подумал он, — но вообще в этом что-то есть, наверняка».
— Я тоже видел сон, — сказал он Сюэчэнь, входя в кухню. — И знаешь, я снова облажался. Такое было впечатление, что снами мне больше не управлять. А это все-таки обидно — потерять контроль.
Чэнь-Кротиха выдвинула вперед губу и, одновременно, плечи, с холодным видом сказала:
— Ну да, конечно, ты же рулишь снами, а я и забыла, прости.
— Я был где-то в Англии, — сказал Ванлинь, пропустив мимо ушей ее реплику, — на просторном лугу, перед куском брезента, лежащим на склоне пригорка. Приподнял брезент и увидел дыру в земле — черную и сырую, как влагалище у самки яка, и это сравнение меня самого удивило, ведь никогда в жизни не видел яков. И услышал: «Если тебе нужны пояснения, Чэнь-Костлявый, такая ячиха есть у дяди Омсума».
— Кто это сказал? — спросила Сюэчэнь. — Тот мальчишка, забыла уже имя?
— Не сомневаюсь, — сказал Ванлинь. — Но я продолжил смотреть сон, стараясь не обращать внимания на эти подсказки извне или из каких-то внутренних глубин, не известных мне. Спустился в ту рыхлую вагину. Там был маленький коридор, выкопанный во влажной земле, потом другой, под прямым углом к первому, потом третий — он переходил в более широкую и высокую камеру, в которой лежало обернутое в белые пеленки маленькое скрюченное тело — младенец, ясное дело.
«Это он, Ванлинь, это Ёсохбаатар-Девятый, на поиски которого — в другом обличии, конечно, — ты вскоре отправишься. Да, именно его предстоит тебе разыскать».
— Что, опять? Как же его, все-таки?..
— Шамлаян. Да, но он был не один. Мне показалось, я расслышал также костяной голос старика Ху Линьбяо. Едва я запомнил то имя, как сновидение оборвалось — без моего согласия, сон стал пустым, без картинок, тут вот ты и пришла.
— Не очень-то он убедительный, твой сон. Ты на днях упоминал нору в Сибири, а я вчера — Англию, вот оно и связалось.
— Может быть. Но все-таки, я опять слышал подсказки, новое монгольское имя. Сам пока не все понимаю, однако мне кажется, что внутри меня что-то происходит. Не знаю, что бы это могло означать.
Они выпили некрепкого чаю, слушая новости по радио. Потом Ванлинь поднялся, поставил чашку в раковину и ушел в свою комнату. Спустя несколько мгновений он вернулся и протянул Сюэчэнь большой коричневый конверт.
20
Классики английской литературы сестры Бронте: Шарлотта, Эмили и Энн — страстно увлекались писательством с раннего детства, напечатали общий сборник стихотворений под псевдонимами Каррера, Эллиса и Эктона Беллов. Та книга не привлекла внимания, было продано всего два экземпляра, и тогда сестры решили написать в течение года каждая по роману. «Джейн Эйр» Шарлотты, «Грозовой перевал» Эмилии и «Агнес Грей» Энн были опубликованы в 1847 году и принесли авторам шумный успех, особенно «Джейн Эйр». Их брат, Патрик Бренуэлл Бронте, тоже писатель и художник, ничего не опубликовал, но, прославившись беспутным образом жизни, впоследствии сам стал героем нескольких книг. Все четверо умерли молодыми, предположительно — от туберкулеза.
21
Звезда Голливуда, лауреат премии «Оскар» за главную мужскую роль в фильме Фрэнка Капры «Это случилось однажды ночью» (1934), Кларк Гейбл шокировал набожных американцев сравнением первой брачной ночи с падением Иерихонской стены в Библии. Фильм, известный также под названием