Этот необычайный подъем духовной и церковной жизни в России в середине XVII века был связан с длительным периодом относительно мирного развития, давшего возможность с наибольшей силой проявиться самому основному, что искони оказалось как бы заложенным в верующем русском народе, а именно - устремленности его к иному миру, ко Христу, к «Иерусалиму Новому» (Откр. 21, 2). Но этот подъем в то же время давал возможность вполне обнаружиться и другому - расхождению в понимании путей, ведущих в Новый Иерусалим. В это именно время, при патриархе Иосифе, были уже посеяны семена того, что потом выросло в церковный раскол31. Но Иосиф до него не дожил. Он почил в бозе в великий четверг 15 апреля 1652 года, в те дни, когда к Москве двигался с мощами священномученика Филиппа, митрополита Московского, новгородский митрополит Никон, и столица готовилась встречать его.
ПАТРИАРХ НИКОН (1652-1658 ФАКТИЧЕСКИ И ДО 1666 ГОДА НОМИНАЛЬНО)
«Самый великий человек Русской истории» - так назвал патриарха Никона митрополит Антоний (Храповицкий). Но даже если стараться быть более осторожными, то следует признать, что святитель Никон - самый великий человек, самая ключевая личность во всей истории русского патриаршества. О нем написано отечественными и зарубежными исследователями столько, сколько ни об одном другом деятеле Русской Православной Церкви32. И тем не менее настоящее изучение богословского (и культурного) наследия патриарха Никона (а оно огромно!) еще даже не начиналось.
Он родился в мае 1605 года в крестьянской семье в селе Вельдеманове Нижегородского края. Мирское имя - Никита Минин. Пережил очень трудное детство со злой мачехой, тиранившей его и даже пытавшейся убить. Рано проявил неудержимый интерес к духовным знаниям. Был послушником Желтоводского Макарьевского монастыря, где многому, в том числе архитектуре и строительству, учился. Затем по настоянию родни женился и стал священником. В этом сане около 9 лет провел в Москве. Трое его детей один за одним умерли. Тогда они с женой оба решили всецело посвятить себя Богу. Она стала монахиней Алексеевского монастыря в Москве, а он ушел на Белое море в Анзерский скит Соловецкого монастыря, где в 1636 году был пострижен в монашество под именем Никон. С 1639 года иеромонах Никон стал подвизаться в Кожеезерской обители на материке.
В 1643 году он - игумен этого монастыря. В 1646 году за сбором милостыни приехал в Москву и так полюбился 16 летнему царю своей духовностью, глубокой аскетичностью, обширными познаниями, живым, благородным нравом, что царь уже не отпустил его обратно, назначив архимандритом Ново-Спасского монастыря в Москве. В 1649 году Собором архиереев во главе с патриархом Иосифом Никон посвящен в митрополита Новгородского. С 25 июля 1652 года он патриарх Московский и Всея Руси.
Между царем и Никоном сложились не только добрые отношения, но отношения большой сердечной дружбы. Алексей Михайлович воспринимал его как отца, называл «собинным другом» и стал титуловать великим государем, как и себя, как некогда Михаил Феодорович титуловал своего родного отца - патриарха Филарета. Если тогда это определялось прежде всего кровным родством, то теперь - чисто духовным. А такое родство царя и патриарха - новая, высшая ступень отношений Церкви и государства, духовного и мирского начал русской жизни. Такие отношения Никон почитал единственно нормальными в православном государстве. Но при своем избрании на патриаршество он счел нужным получить от всех клятвенное обещание быть ему, патриарху, послушными во всех делах веры и духовной жизни. Царь, бояре, народ дали такую клятву. Кажется, Алексей Михайлович даже написал от себя особую грамоту, в которой обещал не вмешиваться, без согласия патриарха, в церковные дела33.
Объяснение столь необычной «присяги» заключается в том, что Никон очень глубоко видел и чувствовал серьезное внутреннее разделение в недрах русского общества, грозившее расколом. Это проявлялось в отступлении (апостасии) от веры и Церкви, наметившемся в самых разных слоях общества и в разных направлениях. Здесь - и увлечение земным благополучием за счет духовных ценностей определенной части народа, и пренебрежение к Церкви и ее установлениям среди части высших сословий, в том числе придворной знати, и увлечение в этих же кругах западной культурой и образом жизни и мысли, и податливость самого царя на некоторые антиканонические государственные мероприятия. Последнее особенно обнаружилось в знаменитом «Уложении» 1649 года, согласно которому учреждался Монастырский приказ как чисто светский орган управления церковными имениями и делами, которому по гражданским вопросам оказалось подсудным все духовенство, кроме патриарха.
31
Со второй половины XV века среди русских книжников постепенно стало укрепляться мнение, что креститься нужно не тремя перстами, как это делали русские в подавляющем большинстве искони, а двумя. Стоглавый собор 1551 года вынужден был особо утверждать, как догмат, двуперстное знамение именно потому, что в народе придерживались троеперстия. Несмотря на это, и в XVI, и в XVII веках троеперстное знамение продолжало существовать. До Иосифа учение о двоперстии было напечатано только в Катехизисе Лаврентия Зизания, который не получил распространения. Отсюда стремление некоторых духовных лиц непременно утвердить учение о двуперстии через печатные книги. Поскольку по Учительным и Следованным Псалтирям, где и было при патриархе Иосифе напечатано об истинности двуперстия, в основном происходило обучение грамоте детей, то двуперстие начало широко распространяться. В итоге выходила разноголосица и неясность: в одних местах крестились тремя перстами, в других - двумя.
32
Наиболее значительными исследованиями, непосредственно посвященными патриарху Никону, являются: Известие о рождении и о воспитании и о житии Святейшего Никона Патриарха Московского и Всея России, написанное клириком его Иоанном Шушериным. М., 1871; Гиббенет Н. Историческое исследование дела Патриарха Никона. Спб., 1882-1884. Т. I - II; Субботин Н. Дело Патриарха Никона. М., 1862; Каптерев Н. Ф. Патриарх Никон и царь Алексей Михайлович. М., 1909-1913. Т. I- II; Зызыкин М. В. Патриарх Никон. Его государственные и канонические идеи. Варшава, 1931-1938. Т. I-III; Пальмер У. Патриарх и царь. Лондон, 1871-1876. Т. I VII (на англ, яз.); Антоний (Храповицкий) митрополит. Восстановленная истина. О Патриархе Никоне. Собр. соч. Т. IV, доп. Киев, 1919. Кроме того, митрополит Антоний посвятил патриарху Никону ряд статей. Патриарху Никону и проблемам, связанным с его деятельностью, посвящены также наши работы: Новый Иерусалим в жизни Святейшего Патриарха Никона // Журнал Московской Патриархии. 1981. № 8; Патриарх Никон, очерк жизни и деятельности // Богословские труды. М., 1982-1983. Вып. 23-24.; Русская Православная Церковь середины XVII в. в восприятии архидиакона Павла Алеппского // Журнал Московской Патриархии. 1985. № 3-10; Богословие Русской земли как образа «обетованной земли» Царства Небесного (на некоторых примерах архитектурно-строительных композиций X-XVII вв.): Доклад на московской 1987 г. международной конференции.
33
По этому поводу см.: Макарий (Булгаков). История... Т. XII. М., 1883. Кн. III. С. 241; Путешествие Антиохийского Патриарха Макария в Россию в половине XVII века, описанное его сыном архидиаконом Павлом Алеппским. М., 1896- 1900. Вып. III. С. 47.