Марджори Бакстер взяла Голландца под руку, когда они подошли к пастору.
— У нас хорошая новость, Зик. — У Марджори был счастливый вид. Как и у Голландца.
— Я видел ваше объявление о помолвке в газете. Поздравляю.
Ферн Даниелс держала Сьюзен за руку, представляя ее миссис Вандерхутен, Гилу и Сейди Макферсон. Они все вместе продвигались к выходу. Сьюзен старалась не смотреть на него. Ферн радостно улыбалась:
— Зик, я хочу представить вам Сьюзен Уэллс. Сьюзен…
— Мы знакомы, — сказала Сьюзен. Ферн удивилась и явно заинтересовалась, а Сьюзен поспешила объяснить: — Я работаю в кафе «У Бесси». Пастор Фриман приходит к нам завтракать пару раз в неделю.
— Ой, милочка, никто не называет его пастор Фриман. Для всех в городе он пастор Зик. — Она ласково погладила его руку. — Мы все одна большая семья, и мы очень рады принять вас.
— Я просто зашла посмотреть, мэм.
— Ну, конечно. Можете заходить, сколько захотите. А вот и наша маленькая Абра. Детка, подойди к нам. — Она помахала ей. — Сьюзен, это Абра Мэтьюс. Правда, она замечательно играет на пианино?
— Да. Действительно.
— Не так хорошо, как мистер Иан Брубейкер, миссис Даниелс. — Абра пожала Сьюзен руку.
— Полная ерунда. — Ферн отмахнулась от ее комментария, как от надоедливой мухи. — Он же учился в Джульярдской школе[14]. Ты тоже блистаешь. — Она наклонилась к Сьюзен: — Абра начала играть, еще когда была ростом не выше кузнечика. Она сидела испуганная до полусмерти за пианино, а теперь чувствует себя все увереннее с каждым днем. — Ферн огляделась, высматривая, кого бы еще представить. Сьюзен была готова сбежать в любую минуту.
— Мици, иди сюда! Я хочу кое-кого тебе представить.
Зик улыбнулся:
— Все хорошо, Сьюзен. Они не кусаются.
Мици и Ферн вместе повели Сьюзен в общий зал.
Абра задержалась:
— Вы получили что-нибудь от Джошуа, пастор Зик?
Джошуа был их единственной точкой соприкосновения.
— Я получил коротенькое послание, где он говорит, что благополучно добрался до Японии, а далее они поплывут на корабле через Корейский пролив в Пусан. А ты?
— Ничего. — Она явно беспокоилась. — Питер сказал, что Хвенсон уничтожен. Джошуа ведь не мог там оказаться? Питер сказал, что коммунисты сметали наши подразделения, как огромная волна.
Зик читал газеты и слушал передачи новостей.
— Хвенсон находится в центре Южной Кореи. Он не мог там быть, когда произошло сражение, хотя, возможно, оказался там позже. Он не сообщил мне, прикомандирован ли он к подразделению или к медицинскому пункту. Нам остается только ждать следующего письма и молиться Господу, чтобы Он его защитил.
Теперь она рассердилась и была готова расплакаться:
— Что ж, надеюсь, Господь вас услышит. Меня Он никогда не слышал. — Абра развернулась и побежала вниз по ступеням.
Джошуа пробыл в стране всего неделю, а уже не чувствовал ног от усталости. И с каждым днем становилось все хуже. Он никогда так не выматывался за всю свою жизнь. Наступление на Чип Ионг-ни и горы на юго-востоке были тяжелым испытанием. Его спина и ноги остро нуждались в отдыхе. Местность была неровной, а температура едва поднималась выше десяти градусов в разгар дня. Джошуа нес металлический ящик с инструментами, патроны и табельный пистолет, которым мог пользоваться только для спасения своей жизни или жизни пациента.
Его уже предупредили, что коммунисты не соблюдают Женевскую конвенцию, а поэтому запросто могут использовать красный крест на его шлеме в качестве мишени. Предосторожности ради он замазывал его грязью, но дождь смывал ее. Ему не раз приходилось падать и лежать, а вражеские пули впивались в землю рядом с ним. Его товарищи говорили, что им повезло — комми[15] были плохими стрелками, но Джошуа благодарил Господа и тех ангелов, которых Он послал хранить его.
С холма застрочил пулемет. Джошуа нырнул в укрытие.
— Не поднимайте головы! — На холм полетели гранаты. Кто-то вскрикнул, и с холма скатилось тело. Рядом раздался взрыв. Джошуа вскочил на ноги и побежал на холм к упавшему человеку.
14
Джульярдская школа — одно из крупнейших американских высших учебных заведений в области искусства и музыки. Расположена в ныо-йоркском Линкольн-центре. —