Выбрать главу

Вторым важным мероприятиям в моей жизни были бесконечные примерки. Модистка по имени Гвен Алигратти лично приезжала из Лондона. Я часами стояла на возвышении, пока меня измеряли, одевали, кололи булавками. Сейчас у меня было столько нарядов, что они едва помещались в шкафах. И надо сказать лондонская мода мне понравилась. Приятно было носить яркие насыщенные шелковые и парчовые платья. Огорчало только нижнее белье. Было неудобно. А пары трусиков из XXІ века, надолго не хватит.

Как-то раз Чарльз решил, что мне просто необходимо постичь верховую езду. Я возле лошадей никогда и близко не стояла. И я испытывала дикий страх, когда конюх пытался втиснуть меня на черного коня. Жеребца приобрели специально для меня. Самое странное у него не было имени. Я назвала его мистер Дарси. Как мне казалось, у него был буйный темперамент.

Поначалу, я трусила на лошади за Чарльзом, борясь со страхом. Наверное, я выглядела не очень грациозно. Но после недели тренировок я поняла, что конь ничего плохого мне не сделает. Более того, верховая езда начинала мне нравиться. И почему я никогда не пробовала учиться в XXІ веке? Вот вернусь и наверстаю.

Сегодня я проснулась довольно рано. Быстро облачилась в одно из любимых утренних платьев. Оно было насыщенного голубого цвета. Фасон выгодно подчеркивал талию и выделял грудь. Я собрала волосы в конский хвост и спустилась в малую столовую. Здесь мы обычно завтракали.

Еда в этом столетии меня приятно удивила. Блюда были изысканы и разнообразны.

Наскоро позавтракав, я решила прогуляться к озеру. В первый раз я достала из рюкзака МР3-плеер и, отойдя от дома, вставила наушники в уши. Заиграла песня группы Linkin Park. Экстравагантно, не правда ли для XIX века?

Я медленно брела по широкому лугу, восхищаясь красотой природы и тихонько подпевала.

Возле озера был легкий влажный ветерок. Глубоко дыша, я стала, раскинув руки в стороны. Хотелось кричать от восторга.

Так я простояла не меньше получаса. Потом решив поберечь аккумулятор плеера, сняла наушники и присела на бревно в тени деревьев. Почему-то после этого мне стало грустно. В полной мере ощущалось, что я уже три месяца нахожусь в прошлом. А миссия мною так и не осознана.

Вдруг мои мысли нарушил мужской смех и обрывок разговора:

— Графиня Ленгдон та ещё штучка, — голос незнакомца был необычайно приятным с хрипотцой, как ласкающий ветерок в знойный день.

— И все же ты порвал с графиней, — насмешливо возразил ему другой мужчина.

— Ах, Бенедикт, ты же знаешь, одна женщина не привлекает меня больше чем на одну ночь, — ответил соблазнительный голос.

Мне безумно захотелось увидеть его обладателя.

— Ну, когда-то же нужно остепениться, Кен. Скажу тебе, что после женитьбы я понял, что с одной девушкой можно проводит время каждый день, — говорил, как я поняла Бенедикт.

— Женитьба не для меня. Я не вынесу в своей спальне постоянного присутствия женщины, — со смехом ответил незнакомец.

И вдруг в этот момент двое мужчин вышли из-за деревьев и возникли прямо передо мной. Я нерешительно встала и уставилась на того который был ближе ко мне. Я увидела самого интересного и самого прекрасного мужчину. Он в упор посмотрел мне в глаза. От цвета этих глаз у меня замерло сердце. Они вобрали в себя всю синеву неба и бездонную зелень моря. Чувственные губы изогнулись в кривоватой улыбке.

— Прошу прощения, мисс. Но разве вам никто никогда не говорил, что подслушивать не прилично, — насмешливо поинтересовался он.

Я быстро пришла в себя, только сейчас осознав смысл разговора мужчин. Передо мной был самый настоящий английский повеса, о которых, я только в книгах читала.

— Извините, сэр, — уверенно сказала я. — но вы слишком громко предавались воспоминаниям и фантазиям. Трудно было не услышать.

Он был поражен моими словами, но быстро скрыл это.

Другой мужчина громко засмеялся. И это немного отвлекло меня от изучающе-жаркого взгляда незнакомца.

— Позвольте представиться, мисс. Бенедикт Коннели. А это мой добрый друг Кеннет Уортингерн, — сказал он.

Значит Кеннет. Как же добрый.

— Кассандра Эмильтон, — представилась я.

— Рад знакомству, мисс Эмильтон, — заговорил снова Кеннет. — Вы неподалеку живете? Как я понимаю в Эмильтон-Хаус?

— Да.

Я не хотела с ним разговаривать. Нужно было срочно сбежать.

— Не хотите ли прогуляться, мисс Эмильтон, — предложил Кен.

Вот паразит. И ведь знает, что молодая леди не может находиться наедине с мужчиной. Исключения делались только родственникам.

— Простите, сэр, но говорить о погоде у меня нет настроения. А на другие темы мне не позволено вести беседы, — сказала я ехидно.

Затем развернулась и зашагала в сторону дома, едва сдерживаясь, чтобы не перейти на бег. Конечно, по этикету полагалось попрощаться, но рядом с этим мужчиной я чувствовала себя неуютно.

За спиной вновь послышался смех и Коннели сказал:

— В первый раз девушки от тебя спасаются бегством. Ты ей явно не понравился.

* * *

Я сидела на кровати, в своей девственно чистой комнате ХІХ века, и курила сигарету. Я всегда так делала, когда очень нервничала. Хотя курить я бросила, почти полгода назад, всё-таки едя в Египет, прихватила две пачки. И вот, оказывается, пригодились, потому что не представляю, как бы я курила сигары Чарльза. Эти его сигареты покруче анаши будут, на не подготовленный организм. Меня просто, наверное, унесло бы. Это я где-то читала.

Я включила мобильник и уселась в позу лотоса. Я просматривала фотографии.

«Какая я здесь беззаботная», думала я, выпуская дым.

Всё-таки попасть в прошлое это большое эмоциональное испытание. Но больше всего меня беспокоило, вернусь ли я? Вдруг, я не смогу определить свою миссию.

Ещё и этот Кен. Почему он меня так взволновал? Ведь он богатенький простофиля, не делающий ничего полезного в своей жизни. Всё как говориться на блюдечке. А он ещё и по койкам скачет. И все же меня беспокоила моя реакция на него. Раньше такого не было. Может это и есть моя миссия?

Я вскочила с кровати, схватила письменные принадлежности. Нужно срочно посоветоваться с Эллис. Хотя срочно это конечно не получиться. Письмо будет идти, по крайней мере, месяц, а ответ ещё столько же.

Сидя с подкуренной новой сигаретой, я питалась что-то нашкрябать пером. Это было такое мучение: движение — разрыв, клякса. Почерк похуже первоклассника. Уж и не знаю, как Эллис, что-то поймет. Но не могла же я кого-нибудь просить о помощи.

В очередной раз, с наслаждением затянувшись, я услышала стук в дверь. Я запаниковала, не зная, куда день окурок.

— Кэсси, дорогая, к тебе можно? — спрашивала за дверью Элизабет.

Подбежав к камину, я бросила туда тонюсенькую сигарету, в надежде, что она не заметит.

— Войдите.

Я села на кровати, расправляя юбку которые только, что были задраны выше колен.

— Кэсси, хотела тебя предупредить. На завтра мы приглашены в дом нашей соседки — герцогини Крейтон. Ничего особенного, просто ужин. Там будет и её внук, — она остановилась принюхиваясь. — О, что это за запах?

— Э, я пыталась разжечь камин, — соврала я. Элизабет удивленно на меня посмотрела, так как в комнате не было холодно и было открыто окно.

Я сделала невинные глаза и принялась изучать свой маникюр.

— Нужно было позвать горничную. Ты не должна сама этого делать.

— В следующий раз так и сделаю, — ответила я поспешно, чтобы прекратить этот разговор.

Но внимание Элизабет вдруг привлекло кое-что другое.

— Что это? — она схватила мое по неосторожности оставленное письмо. Я запаниковала, что она начнет читать. Но конечно, она этого не сделала. Это было ниже её достоинства. А я ведь и забыла.

— Ты пишешь письмо? — только и спросила она меня. — Но что случилось с чернилами или перо испортилось, — она удивлено смотрела на мое творение полное дыр и клякс.