Хотя я все еще не считал, что смогу баллотироваться или что мне следует это делать, а рейтинг президента Буша после войны в Персидском заливе оставался выше 70 процентов, я начинал думать, что демократ из Совета руководства демократической партии, с одной стороны, связанный традиционной базой ее поддержки, а с другой — способный привлечь многих избирателей, возможно, имеет шанс, поскольку в стране существуют серьезные проблемы, которые не решаются в Вашингтоне. Президент и его команда, по-видимому под влиянием победы в войне в Персидском заливе, рассчитывали без труда одержать над нами верх. В Арканзасе и во время моих поездок по стране я видел достаточно, чтобы понимать: Америка не может еще четыре года двигаться по инерции. По мере того как 1991 год подходил к концу, это мнение разделяли все больше и больше людей.
В апреле я посетил Лос-Анджелес, чтобы выступить на официальном завтраке в честь организации граждан «Образование — прежде всего», выступавшей за совершенствование системы государственного образования. После того как Сидни Пуатье меня представил, я рассказал три недавние истории, связанные с проблемой образования в Калифорнии, которые одновременно внушали надежду и свидетельствовали об опасностях для будущего Америки. Меня обнадежила встреча, состоявшаяся более года назад, когда я выступал в Калифорнийском университете в Лос-Анджелесе перед студентами из ста двадцати двух зарубежных стран. Их непохожесть была хорошим предзнаменованием для нашей будущей способности конкурировать и контактировать с остальными членами мирового сообщества. Опасности стали очевидны, когда мы с Хиллари встретились на востоке Лос-Анджелеса с учениками шестого класса. Это были замечательные ребята. Нам понравились их смелые мечты и активное стремление к нормальной жизни. Как рассказали эти ученики, больше всего они боялись, что их застрелят по пути в школу или домой. Школьники также сказали, что они учатся прятаться под партами на тот случай, если по школе будет открыт огонь из проезжающего мимо автомобиля. Второе, чего больше всего боялись эти дети, — это что, когда им исполнится по тринадцать лет, им придется вступить в банду и курить крэк-кокаин, иначе их будут жестоко избивать сверстники. Эти дети произвели на меня очень сильное впечатление. Они заслуживали лучшей участи.
Во время другой поездки в Калифорнию, на этот раз — для обсуждения проблем образования за «круглым столом», посвященным экономическим вопросам, член руководства одной телефонной компании рассказал мне, что 70 процентов людей, стремящихся получить работу в его компании, «проваливались» на собеседовании, хотя фактически все они окончили среднюю школу. Я спросил аудиторию, могут ли США, только что одержавшие победу в Персидском заливе, надеяться на мировое лидерство в эпоху, наступившую после холодной войны, если детство полно опасностей, а наши школы работают неудовлетворительно.
Безусловно, одно дело — констатировать, что в стране есть проблемы, и совсем другое — говорить, как должно поступать правительство, причем так, чтобы это услышали граждане, наученные в годы работы администрации Рейгана и Буша считать федеральное правительство источником своих проблем, а не средством их решения. В разъяснении этого и заключалась миссия Совета руководства демократической партии.
В начале мая я отправился в Кливленд, чтобы председательствовать на съезде совета. За год до этого, в Новом Орлеане, мы опубликовали заявление о принципах, целью которого было выйти за рамки всем надоевшей полемики двух партий в Вашингтоне и создать динамичное, но центристское прогрессивное движение на основе новых идей, базирующихся на традиционных американских ценностях. Хотя некоторые ведущие либералы нашей партии, например губернатор Марио Куомо и преподобный Джесси Джексон (говоривший, что аббревиатуру названия Совета руководства демократической партии следует расшифровывать как «Демократический праздный класс»[32]), критиковали совет за чрезмерный консерватизм, этот съезд стал впечатляющим форумом с участием творчески мыслящих людей, должностных лиц штатов и местных органов власти, выступающих за новаторские методы, и предпринимателей, которым небезразличны наши экономические и социальные проблемы. Там также присутствовали многие известные демократы общенационального уровня, включая нескольких возможных претендентов на выдвижение кандидатами на пост президента. Среди ораторов были сенаторы Сэм Нанн, Джон Гленн, Чак Робб, Джо Либерман, Джон Бро, Джей Рокфеллер и Ал Гор. Кроме меня, присутствовали также губернаторы Лоутон Чайлз из Флориды и Джерри Бэлайлз из Вирджинии.
32
Обыгрывается аббревиатура DLC (Democratic Leadership Council — Совет руководства демократической партии), которая в данном случае расшифровывается как Democratic Leisure Class («Демократический праздный класс»). — Прим. пер.