— Иван Георгиевич, вы опять за свое. Тоньше надо, тоньше…
— Были времена, когда к нам и близко не подходили.
— Так, всё. Это лучший кандидат из возможных?
— Так точно. Мы прогнали по компьютеру ещё двоих. Ни у одного из них процент совпадения не вышел за шестьдесят — а это минимум. У этого — восемьдесят два.
— На чём его будем брать?
Оперативники переглянулись. Речь шла не о тупом методе вербовки, который освоили сначала менты — а теперь и опера ФСБ им не брезговали. Подкинуть в квартиру дурь, пару патронов, арестовать… ещё и по 2-8-2[3] начать крутить — потом предложить «руку помощи». На втором курсе, на оперативных методиках — рассказывают, что этот метод вербовки является крайним, пригоден только лишь для недолгой работы с агентом, обладающим к тому же низкими морально-волевыми качествами и психологической устойчивостью. Но опыт отцов и дедов, оплаченный кровью, забывали, как только вставали на оперработу. «Так… корочки у вас есть. А теперь будем учиться работать», как-то так…
Речь шла о том, что можно предложить потенциальному агенту. Какой приз, какую «морковку» — подвесить перед носом, да так, чтобы агент не чувствовал себя при этом ослом.
— Он бесквартирный. Может, квартиру ему?
Заместитель директора тяжело вздохнул.
— Хотел бы купить — купил бы уже. Уверен. Предварительная отработка проведена?
— Никак нет, без санкции…
Ещё один вздох. Не те люди пошли, не те. Раньше на смерть шли, и «Интернационал» пели, а теперь — к креслам ж…ми приросли.
— Да… без санкции ныне и кошки не родятся. Как отработаете — организуйте встречу. Поговорю лично. При отработке полицию привлекать запрещаю. Выкручивайтесь как хотите, но без полиции.
— Есть.
Ливия, неконтролируемая территория. 05 мая 2015 года. Полевой аэродром
— Эй, русский!
Николай проснулся мгновенно, ещё не успел открыть глаза, перехватил руку того, кто его тряс в запястье…
— Э, э… Полегче, медведь… Ты ведь русский?
Человека, который стоял перед ним — Николай не знал. Но по виду он не представлял опасности и был отставным или находящимся на службе военным. Николай отпустил его руку.
— Русский. А ты кто? — ответил он по-английски.
— Один из парней, которые спасли тебе задницу пару часов назад. Джим Тейко, но можешь звать меня Текила.
— Ник, — представился Николай своим американизированным именем.
— Сержант… ну, который говорил с тем парнем… короче, мы ищем попутчика. Есть самолет… на шесть мест. Со снаряжением. Нас пятеро, переплачивать неохота, пилот с пустым местом не полетит, — бесхитростно и деловито изложил проблему американец, — если сговоримся, улетим быстро. Если нет — будем торчать здесь, пока корни не пустим. Видимо, всё это дерьмо надолго. А нам за сидение в аэропорту не платят. Так что?
Николай поднялся, потер затылок. Подхватил сумку.
— Куда летим?
— Бывшая военная база близ Триполи. Сейчас под контролем сил ООН, оттуда есть конвои до Триполи. Из Триполи — ходят конвои во все точки страны, доберёшься, куда надо.
— Годится, пошли, — у Николая были деньги на оперативные расходы и немалые. Деньги от СВР, от ООН, командировочные от Газпрома… В общем, совсем не то как раньше, когда советские командированные в номере чай на кипятильнике заваривали.
— Пошли, — американцы были, что называется «без церемоний». — А ты откуда? Гард?
— ООН.
— А… — в голосе американца проскользнуло разочарование. — Понятно.
— И я русский.
— Да я уж понял…
Самолетом, которому предстояло везти их в Триполи, оказалась новая, но уже ушатанная и с зашпаклёванными пробоинами на крыльях «Цессна Гранд Караван». Николай удивился — эта модель вообще то могла нести девятерых пассажиров. Но оказалось, что это грузовая модель и им предстояло лететь на мешках и каких-то контейнерах с грузом. Очевидно, ушлый пилот решил немного подзаработать и срубить деньги для себя.
Американцы стояли у самолета; увидев Ника, они окинули его заинтересованными взглядами — но не найдя ничего интересного, отвернулись и продолжили разговор. У них было оружие, но только пистолеты. Удивляться было нечему — практически все частные охранники покупали и оружие, и патроны на месте, тем более в Ливии, где его было навалом и самого разного. В США для покупки боевого автомата надо было иметь лицензию третьего класса и как минимум пару тысяч долларов. В Ливии неплохой автомат можно было купить за сотню долларов. Русские патроны калибра 7,62 стоили в шесть раз дешевле 5,56 NATO. Военным плевать, им выдадут — а вот охране надо считать и считать. Вероятно, у каждого в рюкзаке — по прицелу и израильскому комплекту для кастомизации АК — и то, и другое можно купить относительно дёшево и без лицензии.