— Извини, Мелинда. Мне самой не продохнуть с этим репортажем о детском труде. Спроси Джека.
— Ты знаешь, что я не могу спвосить Джека, — печально прошептала она. — Он считает, что от меня никакого толку!
— Так оно и есть, — подтвердил Джек — он только что зашел в офис.
— Что? — возмутилась Мелинда.
— Так оно и есть. Мы не можем начать программу без твоего сценария. Реплики готовы? — полюбопытствовал он. — Хотелось бы взглянуть.
— О… — с опаской протянула она. — Мне нужно еще немного ввемени. Не готовы веплики пво евво.
— Только не затягивай! — резко бросил Джек. — Уэсли уже знает, сегодня репетиция эфира должна пройти гладко. Я хочу, чтобы все было идеально: придет сэр Перси.
— О господи! — выпалила Мелинда. — Я и забыла. Значит, мне нужно поставаться.
— Да уж, — процедил Джек. — Если не можешь придумать реплики про европейскую валюту, попроси Софи. Она в этом деле спец.
— Я очень занята, — пробурчала Софи, которая составляла для нас расписание занятий на компьютерных курсах. Вдохновленный победой на домашнем фронте, Джек, наконец, смягчился и уступил ее уговорам.
— Пожалуйста, Софи! — ныла Мелинда.
— Хорошо-хорошо, — со вздохом согласилась Софи, положила ручку, подошла к столу Мелинды и встала, с профессорским видом скрестив руки на груди. — Тут нет ничего трудного, Мелинда, — начала она, поправив очки в проволочной оправе. — Дело в том, что евро, пришедшие на смену ЭКЮ, стали единой валютой Европейской валютной системы и краеугольным камнем фискальной политики ЕЭС. Зона единой валюты охватывает целый ряд государств, перечисляю в алфавитном порядке: Австрия, Бельгия, Испания, Нидерланды, Португалия, Финляндия. Так называемая Еврозона образует рынок, включающий более трехсот миллионов потребителей, на долю которого приходится одна пятая мировой экономики. Вступление в Евросоюз предполагает многие преимущества, — спокойно растолковывала она. — Прозрачность цен, эффективные рынки капитала, уменьшение риска для предприятий благодаря стабильности курса валюты. Некоторые аналитики полагают, что долговременный эффект участия в Евросоюзе — это снижение цен, создание общего рынка, расширение конкуренции. Теперь минусы, — продолжала она. — К примеру, лорд Оуэн[61] отметил, что вступление Британии в ЕЭС означает введение единой процентной ставки, а, следовательно, значительное ослабление государственного контроля. Также в качестве недостатков указывают рост налогов и безработицы, подчеркивая тот факт, что некоторые основные условия успеха единой европейской валюты все еще не вступили в силу. К примеру, критерий конвергенции был явно подтасован, и несколько государств вступили в Евросоюз, имея слишком большой государственный долг. Тем не менее, — на одном дыхании проговорила она, — несмотря на то, что условия не идеальные, все аргументы — в том числе опыт Карибского соглашения — свидетельствуют в пользу вступления Британии в ЕЭС, так как это обеспечит дальнейшее развитие единого рынка, приведет к снижению внутренних расходов и даст возможность экстенсификации экономики. Поняла?
У Мелинды было такое лицо, будто она вот-вот расплачется.
— Так непонятно объясняет, — пожаловалась она, когда Софи вернулась к расписанию. — Когда ты объясняешь, я все понимаю, ведь ты не такая умная.
— Спасибо. — Ее сомнительная похвала меня порядком взбесила.
— Я хотела сказать, ты понятнее объясняешь, — поправилась Мелинда. — Поможешь мне?
— Хорошо, — сказала я, взглянув на часы. — Давай махнемся. Ты отредактируешь за меня репортаж — у тебя на это целых двадцать минут, — а я напишу за тебя реплики.
— Но ты же знаешь, я не умею ведактивовать, — скулила она.
— А я не умею делать два дела одновременно. Мелинда обиженно поморгала, но я не сдалась.
Пусть не рассчитывает, что те ее слова про отсутствие, которое «отвицательно сказывается на пвогвамме», забыты и прощены. И потом, с какой стати я должна ей помогать? Она ради меня ни разу и пальцем не пошевелила. Мы спустились в студию В, готовые к прогону.
«Через час слушайте программу „События», ведущая — Мелинда Миттен», — объявил Барри.
— Пленки готовы? — спросил Джек, пробежав глазами сценарий.
— Да, — ответил Уэсли.
— Помехи убрали?
— Все чисто.
— Звуковые эффекты подготовили?
— Да.
— А музыку?
— Да.
— Уэсли, — устало произнес Джек. — Ты бы лучше практиковался в укачивании детей в свободное от работы время. Положи, пожалуйста, ребенка Мелинды.
— Извини. — Уэсли прекратил сюсюкать с крошкой Покахонтас, положил ее обратно на детское автомобильное сиденье и стал качать его левой ногой, причем довольно сильно. Я даже испугалась: а ну как малышка выскочит и нам придется ее ловить? К счастью, она была надежно пристегнута.
Через пять минут открылась дверь студии, и вошла Моника, а за ней — сэр Перси. У него был вполне дружелюбный вид, хотя он слегка запыхался.
— Не суетитесь, ребята, девочки! — промолвил он с грубым йоркширским акцентом. — Мне и здесь удобно. — Он примостился на мягкой скамеечке у двери и снисходительно улыбнулся Мелинде, а та помахала ему из-за стекла. — Не обращайте на меня внимания, ребята, — сказал он. — У вас, небось, работы невпроворот, я‑то все равно в этом ничегошеньки не смыслю.
Стыдитесь своих грамматических ошибок? — послышался прекрасно поставленный мужской голос. Мы ждали начала программы. — Неграмотно говорите по-английски? Не расстраивайтесь! Запишитесь на курсы грамотности! Послушайте, что говорит один из наших довольных клиентов. Шесть месяцев назад я не мог даже правильно написать «директор», — произнес «благодарный клиент» голосом Майкла Кейна. — Теперь я сам директор!
Всего 69 фунтов 99 пенсов, — подхватил первый голос. — Возможна оплата в рассрочку — в три этапа, без процентов. Принимаем кредитные карты.
Бип-бип-бип.
«А сейчас в эфире программа „События» с Мелиндой Миттен», — произнес Барри. Сэр Перси одобряюще улыбался.
«Пвивет, вадиослушатели! — пропела Мелинда. — Сегодня мы погововим о евво. Действительно ли плюсов больше, чем минусов? Вас ждет шокивующий веповтаж об эксплуатации детского твуда, анонс нового фильма Стивена Спилбевга и интеввью со знаменитым авхитектовом, сэвом Новманом Фостевом [62], о его чудесном новом сельском гомике… домике».
Все мы стыдливо потупились, но сэр Перси ничего не заметил. Похоже, ему все нравилось, и, в общем и целом, программа прошла неплохо. Темы были подобраны идеально, пленки отредактированы, окончание программы точно совпало с началом интервью, которое шло «вживую».
«Было пвиятно погововить с человеком, котовый соовудил так много чудесных задниц, — радостно заключила Мелинда. — Пвостите — зданьиц! — исправилась она, заглянув в сценарий. — До завтва, довогие слушатели. С вами была Мелинда Миттен, до свидания!»
— Батюшки, ну и занятная программа, — похвалил сэр Перси, когда мы вышли из студии. — Очень занятная. Да я и в офис бы заглянул одним глазком, нечасто ж я тут бываю. И с тобой, Джек, хотел бы перекинуться словечком. Про будущее радиостанции, рейтинги и все такое.
— Разумеется, — ответил Джек. — Мы с удовольствием покажем вам офис.
Мы поднялись на лифте на третий этаж, Джек включил кофеварку и послал кого-то за приличными чашками и блюдцами. Потом сэру Перси захотелось заглянуть в туалет, Моника разлила кофе, а Мелинда открыла коробку с очень аппетитными пирожными. Девять вкуснейших маленьких бисквитов в гофрированной оболочке, каждый в облаке белоснежного крема, а наверху — блестящая алая вишенка. Мы умирали с голоду, потому что ни у кого не было времени пообедать, но вежливо дожидались, пока дядюшка Перси вернется из туалета.
— Мелинда, уточка моя, молодчина! — похвалил он, вернувшись в офис. — Отличный сценарий.
— Большое спасибо, дядя Певси, — расцвела Мелинда. — Я все сама сочинила.
Моника протянула сэру Перси чашку кофе, и тут он заметил открытую коробочку с пирожными на столе у Мелинды.
61
Лорд Оуэн — британский политик и бизнесмен, возглавлявший в 1974-1975 гг. министерство здравоохранения, а в 1976 г. — министерство иностранных дел
62
Норман Фостер (р. 1936) — всемирно известный британский архитектор, автор хайтековских конструкций из стекла и стали, таких как башня Гонконгской и Шанхайской банковской корпорации в Гонконге.