Как мы далее увидим, именно в алморавидский период испанские мусульмане впервые осознали отличительный характер своей религии и религиозной общины. До этого времени ислам в Испании часто (почти всегда) был формальной, официальной религией, принимаемой как должное, но без пылкого энтузиазма. Теперь же он стал для многих предметом глубокого внутреннего убеждения. Несомненно именно это усиление значимости ислама привело к тому, что правоведы стали затруднять жизнь местных иудеев и христиан. Возможно, что это новое осознание ислама было ответом на растущее самосознание христиан. Подобная же оппозиция, возможно, возникала и в литературе, в поэзии, поскольку они были светскими, испанскими и недостаточно мусульманскими. Вся обширная область общей культуры была поделена между христианской и арабо-андалусской аристократией. Одним из подтверждений этому служит готовность мусульман (при наличии охранных грамот) оставаться в городах, где они жили, после того как те переходили к христианам.
После окончательного ухода от власти Алморавидов, в 1145 г. в ал-Андалусе наступило весьма смутное время, пока страна не перешла к 1170 г. в цепкие руки Алмохадов. Указанные годы иногда называют вторым периодом «удельных князьков», но название это не слишком удачно. Хотя распад державы на маленькие государства действительно произошел, мелкие князья не представляли на этот раз «партий» (таваиф), как после краха Омейядского халифата. После 1145 г. некоторые из правителей малых государств признали сюзеренитет Алмохадов, другие — сюзеренитет различных христианских королей. Для обзора, подобного нашей книге, достаточно будет рассмотреть начало алмохадского периода с 1145 г.— момент их первого вмешательства в дела ал-Андалуса,
Глава восьмая. Берберская империя Алмохадов
1. Ибн Тумарт и алмохадское движение
Между империями Алмохадов и Алморавидов существует определенное сходство. Обе они появились в Северо-Западной Африке, обе позднее включали в свой состав ал-Андалус, обеими правили берберские династии, и обе нашли первоначальную поддержку у берберских племен. Обе они возникли как религиозное движение или, скорее, на религиозной основе. И конечно, вполне естественным было то обстоятельство, что берберы, поддерживавшие Алмохадов, были вековыми врагами сторонников Алморавидов. Одни были кочевниками из группы племен санхаджа, другие — обитателями Атласских гор, принадлежавшими к племени масмуда. Если говорить с точки зрения изучения предмета, то следует отметить, что имеется гораздо больше материалов о возникновении государства Алмохадов, чем об аналогичном периоде истории Алморавидов[63].
Основатель алмохадского движения обычно известен как Ибн Тумарт (Тумарт — берберское уменьшительное от имени Омар). Его род принадлежал к ветви племени хинтата, он родился в атласской деревне примерно в 1082 г. В поисках знания он посетил Кордову, а затем направился на восток: в Александрию, Мекку, Багдад. Сомнительно, чтобы он слушал лекции ал-Газали, величайшего мыслителя и наставника того времени, но, возможно, он приобрел кое-какие познания у философов и теологов, известных под именем ашаритов, которые преподавали в багдадском медресе Низамия и в Александрии. Во время обучения и странствий он преисполнился реформаторского рвения. В качестве базы для своих реформ Ибн Тумарт разработал новую форму мусульманской догмы. В ней особо подчеркивалось значение таухида — «единства» или, точнее, «утверждения единства», поэтому его последователи стали известны как ал-мувахидун — «утверждающие единство», что трансформировалось в европейских языках в «алмохадов».
Энтузиазм Ибн Тумарта был так велик, что он начал проповедовать свои идеи команде и пассажирам корабля, на котором плыл в Александрию, а затем и жителям городов, через которые он проезжал. Результаты были не слишком обнадеживающими: иногда его проповеди вызывали такой протест, что Ибн Тумарту приходилось спасаться бегством. Как раз после изгнания из Бужи (Беджаия) в 1117 или 1118 г. Ибн Тумарт повстречался с человеком, которому суждено было принести политический успех движению, — с Абд ал-Мумином. Тот также ездил учиться и теперь собирался отправиться на восток, но навсегда остался при Ибн Тумарте. Проведя некоторое время в Марракеше, где их принимали с обычной смесью поддержки и неприязни, они отправились в довольно уединенный городок Тинмелал (Тинмал). Он стал центром пропаганды новой доктрины, которая быстро завоевала последователей и обросла иерархической организацией[64]. Около 1121 г. Ибн Тумарт объявил себя махди — ведомым и вдохновляемым небом вождем. Вскоре у него уже было достаточно людей, чтобы бросить (на местном уровне) вызов Алморавидам. Поражение 1123 г. не остановило его. Он сам осуществлял не только духовное, но и военное руководство движением и нашел смерть в бою в 1130 г.
63
Общие сведения см.: 1. Gоldziher, Materialien zur Kentnisx der Almohaden-Bewegung, — ZDMG, Bd XLI, 1887, стр. 30—140 [reprint: «Gesammelte Schriften», Bd II, стр. 191—301]; его же, Introduction, — в кн.: J.D. Luciani, Le livre de Mohammed ibn Tonmert, Alger, 1903 — оба исследования остаются непревзойденными. См. также статью об Ибн Тумарте в дополнительном томе к первому изданию «Энциклопедии ислама» и об Абд ал-Мумиие в первом томе второго нздания. Том со статьей «Muwahhidun» еще не появился. Кроме того, см.: R. Вrunsсhvig, Sur la doctrine du Mahdi Ibn Tumart, — S. Lowinger (ed.), Ignace Goldziher Memorial Volume, vol. II, Jerusalem, 1958, стр. 1—13; A. Huici Miranda, Historia politica del imperio almohade, pt I—II, Tetuan, 1956—1957. [Ср. точки зрения алжирского автора: R. Bourouiba, Ibn Tumart, Alger, 1974.]