Знаком отличия полицейских был длинный нож (табарзин), который они носили на поясе[2905]. По ночам полицейские патрули (тауф или ‘асас) ходили до первой утренней молитвы[2906]. Всякий, кому удалось вырваться из рук патруля, мог быть уверен в помощи горожан[2907].
Во II в.х. на Востоке еще не существовало порядка установления у городских ворот личности для въезжающих в город чужеземцев[2908]. Одно известие, датируемое III в.х., сообщает о принятой в Китае паспортной системе как о чем-то совершенно новом[2909]1. Лишь в IV в.х. ‘Адуд ад-Даула ввел в своей столице Ширазе проверку у городских ворот, причем ал-Мукаддаси подчеркивает, что вновь прибывшего задерживали и покинуть город можно было только при наличии пропуска (джаваз)[2910].
23. Праздники
Доказательством того, насколько непрочен был внешний налет ислама, покрывавший жизнь народа, являются праздники. Мусульмане справляли также все праздники христианского церковного года, ибо большинство христианских праздников в сущности своей было отражением гораздо более древних обычаев страны. Так, многие христианские места паломничества Египта, а также и Вавилонии были древними языческими местами поклонения, а храмовые праздники возникших в этих местах христианских монастырей — лишь новой этикеткой на празднествах в честь древних богов. Мусульмане той или иной страны не могли отказаться от того, чтобы и впредь не отмечать эти дни, украшавшие радостью их языческих и христианских праотцев. Однако в противоположность церкви они чаще всего отказывались создавать новую легенду, предоставляя христианам улаживать между собой религиозную сторону дела, сами же принимали участие в приятной части, следуя обычаям своих отцов. Например, празднества, справляемые жителями Багдада, были почти всецело христианские. Прежде всего отмечались храмовые праздники различных монастырей. Однако даже и в будние дни эти святые места не были свободны от весьма светских посетителей[2911], так как их обширные сады и прохладные монастырские кабачки были излюбленными местами загородных прогулок для искавших развлечений жителей Багдада. Слова «монастырь» и «кабачок» зачастую произносились единым духом; как приятно в дождливый день «пображничать у попа»[2912], а вино святого причастия (шараб ал-курбан) пользовалось особой славой[2913]. Примерно так же обстояло дело и в Каире. В конце IV/X в. мы находим перечисление мест увеселения каирцев: у монастыря пирамид — охота на газелей, мост и кабачки Джизы, близ Макса — сад с видом на канал и дворец, поле для игр у стен монастыря Мар Ханна и особенно — монастырь ал-Кусайр, высоко, на самой вершине горы ал-Мукаттам, с его знаменитым видом: «Как часто проводил я дни и ночи в монастыре ал-Кусайр, не протрезвляясь от опьянения»[2914]. Тулунид Хумаравайхи велел выстроить там для себя наблюдательную башню с четырьмя сводчатыми окнами (такат), обращенными на четыре стороны света[2915].
2909
Силсилат ат-таварих, стр. 42. В Египте уже в очень раннюю эпоху ислама существовала крайне строгая паспортная система, регламентировавшая передвижение внутри страны (
2913
Там же, стр. 50. Шильтбергер (