Наташа особо не сопротивлялась. По большому счету ей было все равно, кто там сидит в Машкиной машине. Главное, она не будет ощущать себя нищенкой, идущей в богатый дом за подаянием, потому что явится не одна, а с кучей друзей. Молодец Машка, правильно, что мужиков захватила.
Всю дорогу Маша безостановочно тараторила.
— Я им историю Москвы рассказываю, — объяснила она Наташе. — У нас в это время должна быть экскурсия но городу.
Ее болтовня действовала на Наташу успокаивающе. Так что к собственному дому, из которого ее беззастенчиво выселяли, она подъехала без всякой дрожи в коленках.
— Нам с тобой или в машине подождем? — осторожно спросила Маша.
— Лучше вместе.
Они подошли к двери и позвонили.
Андрей сразу открыл.
— Вы не бить меня приехали такой дружной компанией? — с усмешкой спросил он, но в его глазах явно читался страх.
— Да надо бы, — сказала Маша. — Только не хочется связываться. Не бойся, просто наши друзья решили помочь со сбором вещей.
— И давно у вас такие друзья? — зло бросил Андрей.
— Примерно с того же времени, как у тебя — подруги.
Наташа тем временем взирала на вазы с тюльпанами, расставленными по всей гостиной. А она еще обратила внимание, как мало цветов, посаженных ею, осталось на клумбах. Значит, ее тюльпанами для кого-то украшают помещения!
Не обращая никакого внимания на Андрея, она сказала ждущей троице:
— Поднимемся наверх.
И все гуськом засеменили за ней.
Как же еще утром она боялась зайти в спальню! Нo сейчас то ли присутствие посторонних людей делало эту комнату чужой, то ли она уже свыклась с мыслью, что расстается с этим домом, но ничего почему-то не всколыхнулось, не стало больно.
— Значит, так, — она сняла с двуспальной кровати покрывало и расстелила его на полу. — Я буду отбирать вещи, а вы связывайте тюки.
Работали молча, никто не задавал никаких вопросов. а Андрей даже не появился.
Тюков оказалось семь. Кое-что Наташа запихнула в две огромные сумки.
— А ты уверена. что все поместится в машину? — поинтересовалась она у Маши.
— Ничего невозможного нет. Как-нибудь впихнем. Я специально багажник разгрузила. Ну мы потащили. Гоу ту кар[3], - бросила она наблюдающим за ними мужчинам и взяла сумки.
Те схватились за тюки. Нагруженные как верблюды. они стали спускаться вниз по лестнице.
Андрей сидел в гостиной и курил.
Когда все вышли. Наташа подошла к мужу.
— Ты не мог бы дать мне немного денег? — спросила она. — Мне бы Машке бензин оплатить…
Он даже не смотрел в ее сторону.
— Знаешь, у меня сейчас финансовые трудности, денег нет. Может быть, позже… А твои друзья не могут дать тебе на бензин?
— Спасибо. — сказала Наташа и, сама не ожидая, резко сбросила ближайшую вазу с тюльпанами с журнального столика.
Осколки разлетелись в стороны, вода полилась на дорогой персидский ковер и попала Андрею па брюки.
— Дура, — закричал он, вскочив.
Но Наташа была уже у выхода и закрыла за собой дверь, не обернувшись и не проследив, как там Андрей справляется со своими брюками.
Навстречу ей шла Маша.
— Слушай, мать, а кто пойдет за остальными тюками? Мы же не все вынесли, — спросила она.
— Только не я.
— Мальчики, — крикнула Маша, — нужен еще один рывок!
Тс послушно вслед за своей предводительницей зашли в дом.
— Все в порядке, — сказала Маша пять минут спустя, усаживая на заднее сиденье Леона с Грэгом и впихивая им на колени мешки с одеждой. — Чем ты так разозлила супруга? Он готов был нас убить.
— Я вазу случайно уронила.
— Значит, получилась финальная точка. Ну что, подруга, домой?
Она завела свою древнюю «четверку», которая прямо-таки осела под грузом Наташиных вещей, и тихо выехала из поселка, который так и не успел стать Наташе родным.
— Грэг спрашивает, почему ты уходишь из дома, а не твой муж? Ведь это он завел себе подружку. Ты не виновата. Значит, уйти должен он, — перевела Маша, не забыв прокомментировать. — Смотри, как логично Грэг рассуждает. Я тоже так считаю. Ты получаешься пострадавшей вдвойне. И поступаешь так же глупо, как я в свое время. О чем, между прочим, не переставая жалею.
— Скажи ему, что мне так проще.
— Слушай, он не понял. Что значит — проще? Андрей предоставил тебе другое жилье?
— Маш, что ты спрашиваешь, как будто сама не знаешь!
— Так ведь не я спрашиваю! Леон, кстати, возмущен, что твой муж даже не помог тебе вынести вещи. И не соизволил познакомиться с ними. Наташ, а ведь Андрей и не понял, что они иностранцы. Он, наверное, думает, что они — наши любовники. — И Маша громко засмеялась, объясняя при этом что-то Леону и Грэгу.