590 Будучи первым человеком, Адам является homo maximus, Ан-тропосом, из которого возникает макрокосм или который и является макрокосмом. Он — это не только prima materia, но и всемирная душа, которая также является и душой всего человечества[1874]. В соответствии с воззрениями мандеанцев, он также 'является "тайной миров"[1875]. Концепция Антропоса впервые проникла в алхимию из трудов Зосимы, который считал Адама двойственной фигурой плотским человеком и "человеком света"[1876]. В своей работе Психология и алхимия я столько внимания уделил идее Антропоса, что здесь нет нужды в ее дальнейшем освещении. Поэтому я ограничусь историческим интересным материалом, позволяющим проследить ход мыслей алхимиков.
591 Уже у Зосимы[1877] можно различить три источника: иудейский, христианский и языческий. В алхимии более позднего периода языческо-синкретический элемент, естественно, уходит на задний план, чтобы освободить место доминирующему христианскому элементу. В шестнадцатом веке снова становится заметным иудейский элемент, что объясняется влиянием Каббалы, доступ К которой широкой общественности открыли Иоганн Реухлин[1878] и Пико делла Мирандола[1879]. Несколько позднее гуманисты внесли свой вклад — материалы из источников, написанных на иврите и арамейском, и особенно из Зохар. В восемнадцатом веке появился якобы иудейский трактат Абрахама Елиазара Uraltes Chymisches Werck[1880], в котором активно использовалась иврит-ская терминология. Трактат преподносился, как таинственная "Rindenbuch" Абрахама-Иудея, из которой, как говорили, Никола Фламель (1330-1417) узнал секрет изготовления золота[1881]. В этом трактате имеется следующий пассаж:
Ибо Ной должен с большими усердием и тщанием искупать меня в самом глубоком морс, чтобы я смогла расстаться со своей чернотой; я должна лежать здесь в пустыне в окружении змей, и нет никого, кто пожалел бы меня; я должна быть привязана к этому черному кресту и должна быть избавлена от него посредством страданий и уксуса[1882], и должна стать белой, чтобы внутренности моей головы могли быть подобны солнцу или Марезу[1883], и чтобы мое сердце могло засиять, подобно карбункулу, и старый Л дам мог вновь выйти из меня. О! Адам Кадмон, как ты красив! И облачен в красивый рикмах[1884] Царя Мира! Я до сих пор черна, подобно Кедару[1885]; ах! сколь долго! О, приди, мой месех[1886], и раздень меня, чтобы могла открыться моя внутренняя красота... О, змей, возбудивший Еву! Ему я должна быть обязана своей чернотой, въевшейся в меня в результате его проклятого красноречия, в силу чего я недостойна всех моих братьев. О, Суламифь, больная снаружи и внутри, стражи великого города найдут тебя и ранят, снимут с тебя одежды и изобъют тебя, и унесут твой покров... По я буду блаженна снова, когда меня освободят от яда, насланного на меня проклятием, и моего самого внутреннего семени, и тогда состоятся первые роды. Ибо отцом его является солнце, а матерью - луна. Да, я не знаю никакого другого жениха, который любил бы меня, поскольку я так черна. Ах! обрушь небеса и растопи мои горы! Ибо ты как пыль развеял могущественные царства Ханаана, и раздавил их медным змеем Иисуса и предал их Альгиру Δ [огню], чтобы та, которая скована многими горами, могла освободиться[1887].
592 Пет никакого сомнения в том, что оратор — это женское воплощение prima materia в состоянии nigredo. С психологической точки зрения эта темная фигура является бессознательной ани-мой. В этом состоянии она соответствует "нефеш" каббалис-тов[1888] Она это "желание"; ибо, как язвительно заметил Кнорр фон Розенрот: "Мать есть не что иное, как низменные наклонности отца". Причиной почернения является грех Евы. Суламифь (Суламита)[1889] и Ева (Хавва, земля) представляют собой одну порочную фигуру, которая содержит в себе первого Адама, подобно тому, как мать носит в себе ребенка, и, в то же самое время, ожидает второго Адама, то есть такого, каким Адам был до Грехопадения, совершенного Первоначального Человека. Она ждет его как возлюбленного и жениха. Она надеется, что он освободит ее от черноты. И снова мы сталкиваемся с мистицизмом Песни Песней, когда в Aurora Consurgens I иудейский гнозис (Каббала) соединяется с христианским мистицизмом: жених и невеста — это, с одной стороны, Тиферет и Малхут, а с другой — Христос и Церковь[1890]. Мистицизм Песни Песней[1891] проявляется в иудейско-гностических кругах в третьем-четвертом веках, что подтверждается фрагментами трактата, называющегося "Шиур Кома" (Размеры Тела). В нем идет речь о "мистицизме, только внешне иудаистском, в силу ссылок на Любимого из Песни Песней"[1892]. Фигура Тиферета принадлежит к системе Сефиротов, которая имеет форму дерева. Тиферет расположен посередине этого дерева. Адам Кадмон - это либо все дерево, либо он понимается как посредник между высшей властью, Эн Софом, и Сефиротом[1893]. В нашем тексте черная Суламифь соответствует Малхут как вдова, которая ожидает соединения с Тиферетом и, таким образом, восстановления первоначальной целостности. Соответственно, Адам Кадмон здесь занимает место Тиферета. О нем упоминают Филон и мидраши. Именно последние установили различие между небесным и земным Адамом, о котором идет речь в Первом послании Коринфянам 15:47: "Первый человек из земли, перстный; второй человек — Господь с неба", а также в строфе 45: "Первый человек Адам, стал душею живущею; а последний Адам есть дух животворящий". Таким образом, первоначальный материально-психический человек противопоставляется последующему духовному человеку.
1874
Всеобъемлющий обзор посвященных Адаму материалов смотри в Миг melstein, "Adam, em Beitrag zur Messialehre". Касательно всемирной души смотри ibid., XXXV, p. 269, и XXXVI, p. 52; также Aptowitzer, "Aribish-judisehc Schopfungstheorien", p. 214: "Когда Адам лелсал гам безжизненным телом, Бог показал ему всех праведников, которые однажды выйдут из него. Они рождаются из различных частей тела Адама: один из его головы, другой - из волос, а другие — из лба, глаз, носа, рта, уха и челюсти. Доказательство тому можно найти в Книге Иова 38:4, где Бог обращается к Иову со словами, истолкованными мидрашем следующим образом: "Скажи мне, как ты был сотворен, из какой части тела Адама ты появился на свет; если ты не можешь ответить мне, тогда удовлетворись мною". "Первый Адам был большим, как мир, от кран и до края, и потому ангелы, завидев его, восклицали "О, Боже", но Бог сделал его маленьким, отрывая кусочек за кусочком от его членов, которые тогда лежали вокруг Адама. Адам сказал Богу: "Зачем ты ограбил меня?" Бог ответил ему: "Я многократно возмещу твои потери, ибо сказано, Сын Давида не придет до тех пор, пока все души в твоем теле не станут землей. Возьми эти куски и разнеси их во все уголки земли; куда бы ты их не бросил, они превратятся в пыль, и в этом месте землю заселят твои потомки. Место, которые ты предназначишь Израилю, будет принадлежать Израилю, и места, которые ты предназначишь другим пародам, будут принадлежать другим пародам". Стало быть в этом хаггадахе (трактате) говорится, что в Адаме содержались вес поколения людей; в его душе все души, а в его теле все тела.
1880
1881
Смотри предисловие. Говорят, что этот манускрипт принадлежал кар диналу Ришелье. История гласит, что Фламель купил трактат, написанный на кусках древесной коры, у неизвестного человека за два флорина. Это более поздняя подделка, датирующаяся началом восемнадцатого века. Первое издание вышло в 1735 г.
1882
Эта фраза встречается также и у Майера, в
1888
"Психе, которая у них называется "нефеш", — это живой дух, не то чтобы полностью материальный, но, тем не менее, врожденный, примитивный и семенной; авторы более позднего периода называют его Архе-ем. Он соответствует растительной или пластичной душе философов и эмоциональной или похотливой душе платонистов". (Примечание Кнор-ра к пар.7 "Tractatus de revolitionibus animarum",
1889
Ивритское слово, использованное в Песне Песней 7:1 — это "Сула-мифь" или "Шуламит". В большинстве вариантов Библии оно переводится как "Суламита" (девушка из Шулема или древнего Шунема". Сравни с Sellin,
1890
"Каббалислы называют Адама Адамом Кадмоном, чтобы отличать его от Адама, первого человека... поскольку он является первой из всех сотворенных Богом вещей, точно так же, как и первым человеком среди людей. Под это описание лучше всего подходит душа Мессии, о которой Павел говорит в Первом послании Коринфянам 15:45-49. (Примечание Кнорра к "Tract, de rovolut.animarum",
1891
"Любовь "Царя" к "Царице" — это любовь Бога к Сиону, или к той силе, которая также называется "шалом" — "мир" или "свершение"; любовь к "Суламифи", воспетой в Песне Песней" (Muller,
1893