604 Исходная ситуация беспокойства состоит либо в уходе дружелюбных богов и появлении вредоносных, либо в отчуждении богов, вызванном небрежением, глупостью, святотатством человека Или (с точки зрения даосизма) произошедшим по непонятным причинам расколом[1906] между небом и землей, которые теперь смогут вновь соединиться только в том случае, если мудрец посредством ритуальной медитации вновь восстановит в себе Дао. Таким образом он создает гармонию между его собственными небом и землей[1907].
605 Если в условиях ущербного состояния портится рис, то и человек тоже дегенерирует, будь-то по злой воле богов или по своей собственной глупости или греховности. Он вступает в конфликт со своей изначальной природой. Он забывает о своем происхождении от первого человеческого предка, стало быть, в этом случае требуется ритуал анамнеза (вызывания воспоминания). Поэтому-то архетип Человека, Антропос, и составляет сердцевину великих религий. В идее homo maximus соединяются Верх и Низ творения.
6. ТРАНСФОРМАЦИЯ
606 Появление Адама Кадмона имеет характерные последствия для Суламифи: оно приносит с собой solificatio, просветление "внут-ностей головы". Это завуалированный, но типичный для психологии алхимика намек на "преображение" (glorificatio) адепта или его внутреннего человека. Ибо Адам — это "interior homo noster", Первичный Человек внутри нас.
607 В свете вышеприведенных замечаний в тексте Елиазара проявляется весьма небезынтересный аспект и, поскольку ход мысли автора характерен для основных идей алхимиков, значение со многими гранями. В тексте изображена ситуация беспокойства, соответствующая алхимическому nigredo: вина окрасила землю-невесту в черный цвет. Суламифь относится к той категории черных богинь, имена которых означают "земля" (Исида, Артемида, Парвати, Мария). Ева, как и Адам, вкусила плод с древа познания и тем самым "вломилась" в царство божественных привилегий "и вы будете, как боги, знающие добро и зло". Иначе говоря, она непреднамеренно обнаружила возможность нравственного сознания, которое дотоле находилось вне человеческой сферы. В результате обнажилась полярность, что незамедлительно привело к соответствующим последствиям. Земля была отделена от неба, изначальный рай был закрыт, величие Первого Человека погибло, Малхут стала вдовой, огненное "ян" ушло в мир иной, а влажное "инь" окутало тьмой человечество, дегенерировавшее из-за своего постоянно растущего тщеславия и, в конце концов, смытое черными водами Потопа, которые грозили гибелью всем живым существам, но, с другой стороны, могли более оптимистично восприниматься, как смывающие черноту. Ной также выглядит в ином свете: он представляется уже не беглецом, ищущим спасения от катастрофы, а Повелителем Вод, жрецом очищения. Тем не менее этого оказалось недостаточно, потому что Суламифь тут же попала в неприятности противоположного характера - в пустыню, где ей, как и детям Израиля, угрожало зло в форме ядовитых змей[1908]. Это намек на тяготы Исхода, который, но сути, был повторением изгнания из рая, поскольку прощание со злачными заведениями Египта, было таким же болезненным, как и перспектива каменистой почвы, из которой наши первые предки были вынуждены добывать себе пропитание в поте лица. Но даже и это экстремальное испытание не привело к достижению цели, потому что Суламифь по-прежнему пригвождена к черному кресту. Идея креста указывает уже не на простую, а на двойную антитезу, то есть на quaternio. Алхимик понимал его прежде всего как пересечение элементов:
1907
В качестве примера "пребывания в Дао" и сопутствующих ему феноменов, я приведу историю, рассказанную мне покойным Рихардом Вильгельмом, о "человеке дождя" из Киаочау: "В том месте, где жил Вильгельм, случилась большая засуха; в течение нескольких месяцев не пролилось ни капли дождя и ситуация стала катастрофической. Католики устраивали процессии, протестанты устраивали молебны, а китайцы жгли благовония и стреляли из ружей, чтобы отпугнуть демонов засухи; все было безрезультатно. Наконец, китайцы сказали: "Мы приведем человека дождя". И из другой провинции пришел высохший старик. Он попросил только об одном - чтобы ему выделили тихий маленький дом В нем он и заперся на три дня. На четвертый день набежали тучи и начался сильный снегопад, хотя в это время года никакого снега не должно было быть, и снега выпало необычайно много; город был переполнен таким количеством слухов о чудесном "человеке дождя", что Вильгельм решил отправиться к этому человеку и спросить его, как он это сделал. Истинно по европейски он сказал: "Тебя называют "челове ком дождя", скажи мне, пожалуйста, как ты вызвал снег?" И маленький китаец сказал: "Я не вызывал снег, в этом нет моей заслуги". "Но, что же ты делал в течение этих трех дней?" "О, это я моту объяснить. Я пришел из другой провинции, где все в порядке. Здесь порядок, нарушен, люди ведут себя не так, как того требуют небеса. Поэтому вся эта провинция не находится в Дао, и я также нахожусь не в естественном порядке вещей, поскольку пребываю в провинции, где этот порядок нарушен. Поэтому я должен был подождать три дня, пока не вернусь к Дао, после чего, естественно, пошел дождь." Из "Interpretation of Visi ons", Vol. 3 англоязычных семинаров Юнга, (edn. 1939), p. 7.
1908
В этой связи Клиазар использует символ (имеющий значение только для христиан) "вознесенной змеи", прообраза Христа (Евангелие от Иоанна 3:14).