С этими словами Линкольн поднял девочку на плечи и понес ее к месту, где была привязана его лошадь. Отвязав ее и вскочив на седло, он поднял девочку и посадил впереди себя, потом правой рукой подхватил Дэви и поместил его позади. По дороге он ласково уговаривал старого мерина Цезаря, своего неизменного друга в поездках по судебному округу, чтобы он прибавил рыси, иначе друзья Авраама Линкольна[22] будут говорить о нем как о плохом рысаке. Ехать надо было не более версты. Когда они свернули к старому клену, где Марш и Брендон заканчивали свой разговор, последние тотчас заметили путешественников. Марш схватил Брендона за руку и воскликнул встревоженно:
— Что-то неладное стряслось, Брендон! Мэри завернута в шаль, и Эйб[23] везет ее.
Брендон улыбнулся слабой улыбкой и спокойно сказал:
— Я не знаю, Том, что случилось с Мэри, но я знаю, кто такой Эйб Линкольн. Если бы что-нибудь случилось, мы увидали бы, как длинные ноги этого верзилы делают саженный прыжок, не дожидаясь старого Цезаря. Кажется мне, что она искупалась. Но ничего: вон Дэви смеется!
Линкольн в это время успокоительно махнул рукой.
— Не беспокойтесь, — начал он, — сущие пустяки! Наша юная леди хотела сделать мне книксен, поскользнулась и совершенно забыла, что перед ней пруд. — С этими словами он бережно спустил девочку с седла и передал ее отцу, говоря: — Скорей, скорей в дом, мисс! Выпейте чего-нибудь горячего, а я приду и доскажу вам конец истории о красной белке.
Мэри вприпрыжку перебежала лужайку двора и скрылась в доме.
Брендон кивнул сыну, приглашая его идти домой, и Линкольн, спустив мальчика с седла, дружески шлепнул его по спине своей большой ладонью. Дэви побежал домой, чтобы развести огонь и приготовить ужин. Старики у клена несколько минут молчали.
Линкольн чувствовал, что между его друзьями происходил какой-то неприятный разговор, но он с обычным своим тактом и терпением ждал, когда они заговорят сами. Марш первый прервал молчание.
— Эйб, — начал он, — не посоветуете ли вы Давиду что-нибудь такое, что очистило бы его мозги от паутины? Хороший человек, а тратит время на какие-то бредни. Железная дорога прямиком через континент… Он просто начинает терять рассудок! Вы знаете, я пришел сюда вместе с Давидом и вместе с ним начал работать; я сколотил деньжонок и еще сколочу, потому что не трачу времени и сил в погоне за блуждающими огнями. Вы подумайте только, Давид до сего времени ни на чем еще прочно не остановился, он только может говорить о железной дороге. Железная дорога, железная дорога! Я начинаю себя чувствовать просто больным от его железной дороги!
Брендон стоял, опираясь на старый клен, и рассеянно слушал его тираду; его глаза были устремлены на что-то невидимое далеко на западе. Линкольн молча смотрел на него. Вдруг Давид заговорил. Глаза его загорелись каким-то особенным блеском. Широким взмахом руки он провел по направлению к горизонту.
— Смотрите сюда, — начал он. — Что это? Пустыня? Дикие козы? Буйволы? Но придет день — и это случится еще при нашей жизни — здесь проляжет железная дорога. Она победит пустыню, превратит Соединенные Штаты в подлинную единую и могущественную страну. Бели судьба сохранит меня, я приложу свои руки к постройке этой дороги. Я желаю, чтобы и сын мой вложил свою долю участия в ее создание.
И он снова обратил свой взгляд на запад, где заветная мечта его жизни рисовалась ему уже осуществленной.
Марш возбужденно заговорил:
— Скажите, Эйб, слышали вы когда в жизни что-нибудь глупее этого?
— Почему нет, Том? — простодушно отвечал Линкольн, немного растягивая слова. — Да, я слыхал кой от кого об этих глупостях, и знаешь — от довольно умных людей. Я припоминаю одного молодого человека, Доджа, который еще не так давно, когда я ездил в Блефф в городской совет, говорил мне то же самое. Как-то я сидел на ступеньках старого Океанского Дома, слушал кваканье лягушек и смотрел на небо; ко мне подсел молодой военный инженер. Мы разговорились, и он рассказал мне, что он делает изыскания для военного ведомства в этом направлении. Молодой Додж полностью разработал свой проект. Он прошел весь путь до Небраски напрямик к Скалистым горам. Он говорил об этом с большим энтузиазмом. И знаете, Том, его рассуждения были так резонны, что он почти убедил меня!
Брендон, опираясь на дерево, внимательно слушал.
— И вы уверены, Эйб, что это в самом деле может осуществиться? — спросил он.
— Ерунда! — горячо заговорил Марш. — Радужные надежды. Об этом толкуют лодыри, которые не хотят работать и ищут какие-то несуществующие клады!
22
Линкольн Авраам (1809–1865) — 16-й президент США, один из организаторов Республиканской партии; родился в семье фермера. Имя Линкольна — символ демократических традиций американского народа.
23
Эйб — уменьшительное от имени Авраам, которое по-английски произносится как «Абрахам». —