Чем быстрее восстанавливаются коммуникации, тем меньше войска отрываются от баз снабжения, тем успешнее идет их боевое питание. Без железных дорог можно выиграть бой, сражение, даже боевую операцию, но надолго закрепить достигнутый успех очень трудно. Так по крайней мере было в минувшую войну.
Война не ограничивалась районами боевых действий и прилегающей к ним прифронтовой полосой. В глубоком тылу также сильно возрос объем работ по строительству новых и развитию существовавших железных дорог. Вот почему так велика была роль железнодорожных войск в годы Великой Отечественной войны. Численность их достигла 300 тысяч человек — и этого недоставало. Лишь одному нашему 1-му Белорусскому фронту требовалось 30–35 тысяч железнодорожников-восстановителей. И дело не только в численности людей, еще большее значение имел уровень технической оснащенности и обученности их.
С декабря 1941 года и до конца войны военные и гражданские железнодорожники восстановили, перешили и привели в эксплуатационное состояние около 120 тысяч километров железнодорожных путей, 2756 больших и средних мостов общей протяженностью 242 143 погонных метра, более 13 тысяч малых мостов и труб, 46 тоннелей (23 230 погонных метров), 182 паровозных депо, 2345 пунктов водоснабжения, свыше 729 тысяч проводо-километров связи и т. д.[54].
В годы войны железнодорожные войска входили в НКПС, в составе которого находилось Главное управление военно-восстановительных работ (ГУВВР) под командованием ветерана железнодорожных войск генерала В. А. Головко. Начальником железнодорожных войск в составе ГУВВР был не менее опытный специалист-железнодорожник Н. А. Просвиров, а с 1944 года Герой Социалистического Труда генерал П. А. Кабанов, проработавший затем на этом посту 25 лет.
Железнодорожные войска, как показал опыт войны, составляют неотъемлемую часть стратегического тыла Вооруженных Сил; они могут выполнять свои обязанности гораздо успешнее, если находятся в составе Вооруженных Сил. Эти войска не знают покоя ни в войну, ни в мирное время. Они всегда строят. Благодаря постоянной занятости железнодорожные войска приобретают ценнейший опыт и тренировку, обеспечивающую им высокую боевую готовность.
Выработка в мирное время навыков дружной, согласованной работы железнодорожных войск с органами тыла Вооруженных Сил является крайне полезным делом. Организаторам тыла важно хорошо понимать роль, задачи и возможности железнодорожных войск и оказывать им повседневную помощь.
По крайней мере мой опыт настоятельно диктует такой вывод.
Не менее важное изменение произошло в дорожном и автотранспортном обеспечении Вооруженных Сил.
Началось с того, что 15 июля 1941 года ГКО принял постановление «О создании Управления автотранспортной и дорожной службы Генерального штаба Красной Армии».
Перед этим начальник Генерального штаба Красной Армии генерал Г. К. Жуков вызвал к себе генерала 3. И. Кондратьева и сказал ему:
— В мирное время у нас в армии не придавали должного значения автотранспорту. При Генштабе есть отдел автотранспортной и дорожной службы… Мы решили этот отдел переформировать в управление. Начальником нового управления называют вас[55].
Однако этим еще не устранялась крайне неудобная двойственность. На дорогах было два хозяина: НКВД со своими дорожными частями и НКО с еще не сложившейся системой дорожного обслуживания.
С начальником Главного управления шоссейных дорог (ГУШОСДОР) бригадным инженером В. Т. Федоровым, в чьих руках находились основные силы и дорожная техника, установили тесный деловой контакт. Но параллелизм в работе оставался. Пришлось заняться выработкой инструкций и положений о строительстве и эксплуатации военно-автомобильных дорог, ни на минуту не отвлекаясь при этом от забот о наведении порядка на дорогах, где в те дни творилось нечто невообразимое.
Сложная работа по созданию центрального руководящего органа завершилась в короткий срок. Через неделю вновь созданное Управление автомобильно-дорожной службы передали из Генерального штаба в систему начальника тыла Красной Армии и переформировали в Главное автомобильно-дорожное управление. Во фронтах и армиях создали автомобильно-дорожные управления и отделы. Одновременно начали формирование дорожно-строительных, мостостроительных и дорожно-эксплуатационных частей. Такое понятие, как «военно-автомобильная дорога», приобрело юридическую силу; было сформировано Управление военно-автомобильных дорог (УВАД) с довольно стройной системой периферийных органов.
С ростом технического оснащения Красной Армии возрастало и значение автотранспортной службы и дорожного обеспечения. Все более настоятельно назревала необходимость создания самостоятельных служб — автомобильной и дорожной. Господствовавшая ранее точка зрения, по которой автомобильное ведомство должно одновременно и управлять дорогами и строить их, ходом войны была опровергнута. Дорожная проблема приобрела небывалую остроту: ведь еще до войны развитие дорог с твердым покрытием заметно отставало от автомобилизации страны.