– Ладно, – не без сомнения согласился я, – допустим, ты права…
– Допустим? – Ра тут же вскинула брови, а я счел за лучшее отступить.
– Хорошо-хорошо, ты – права. Но ты абсолютно уверена, что это поможет найти убийцу?
Она вздернула носик:
– Уверена настолько, насколько твой любимый Мекет[1] в том, что разум неизменно властвует над материей. – При этом в ее взгляде было столько неподдельного пыла и страсти, что мне невольно пришлось подпасть под их влияние и самому загореться этой идеей.
Дав себе немного воли, я открыл сознание восходящим потоком Теней и попытался влиться в те гармонические колебания, что увлекали за собой вглубь бытия разум Квет Ра. Оно и в самом деле походило на погружение под воду, с той лишь разницей, что не требовалось дышать. Пропуская сквозь себя невесомые струи, я отчетливо ощущал рядом присутствие психического «Я» моей напарницы, не видя ее в буквальном смысле, но именно осязая. Это как находиться с закрытыми глазами в комнате, зная, что здесь есть кто-то еще. Первые несколько секунд доставили мне небольшой дискомфорт, и лишь спустя еще немного времени я начал ощущать себя вполне свободно.
«Надо же. Хм…»
Только по прошествии еще двух-трех секунд я сообразил, что эти слова были продиктованы Квет Ра прямо в мой разум.
«Ты о чем?» – спросил я ее тем же способом.
«Ты довольно легко с этим справился. Обычно те, кто мало знаком с подобными техниками, очень долго приноравливаются, а ты будто всю жизнь этим занимался».
Я не знал, что на это ответить и потому промолчал. Вообще, в том, что значит быть элийром, всегда существовало больше неопределенного и расплывчатого, чем можно предположить, чтобы суметь сказать: это ты можешь, а вот это уже не для тебя. Даже в самом процессе обучения не было каких-то строго оговоренных правил или законов. Каждый наставник подстраивался исключительно под тебя, и срок обучения мог длиться годами или ограничивался парой месяцев.
«И все равно лучше не вмешивайся, пока я тебе не скажу. Я еще сама не вполне уверена, как это работает, но если получится, мы с тобой, пожалуй, станем в каком-то смысле первооткрывателями».
«Так ты раньше этого не делала?!»
Но Ра, по обыкновению, отмахнулась:
«Не дрейфь. Все будет в порядке. Главное, не вляпаться в самую жижу».
Что она под этим подразумевала, я так и не понял, а отвлекать ее вопросами не решился, так как новоявленная мастерица сосредоточила все свое внимание на убитых. Причем, со стороны догадаться об этом вообще было невозможно. Физически Квет Ра оставалась на месте в неестественной позе с опущенной на грудь головой и закрытыми глазами, тогда как ее… дух витал над столами в виде густого, но невидимого обычному взору, тумана, обволакивая тела, точно покрывало.
От одного взгляда на это меня пробрала дрожь отвращения, и Ра уловила мое настроение:
«Ты прям как барышня. Тьфу! Мне казалось, в твоей жизни случались вещи и похуже».
«Так и есть», – буркнул я. Ну не объяснять же, что нелюбовь к мертвецам в моем случае имеет свои достаточно веские основания?
«Ладно, не хочу сейчас спорить. Знай, что я согласилась помочь не бескорыстно».
«Еще бы! Насколько помню, понятие альтруизма никогда не было для тебя частью общего императива Адис Лейр».
«Они требуют от нас отказаться от своего «Я», хотя прекрасно понимают, что только таким образом мы можем достичь настоящих высот в познании Теней. Это так же глупо, как заставлять гениев пахать на общественных началах. Только в противном случае они рискуют потерять власть над алитами и уже окажутся не в состоянии диктовать нам свою волю».
«Хорошо, что тебя сейчас никто, кроме меня не слышит, ведь тебе не хуже моего известно, что за такие речи можно нажить немало проблем».
«Трус! – ударилась о мой разум мысль Ра. – Но я-то вижу, что мы с тобою, Сети, одного поля ягоды. Ведь ты точно так же не веришь в эти правила, а весь твой секрет лишь в том, что ты умело юлишь между мастерами, выражая мнимое почтение, хотя на самом деле презираешь их».
«Не думал, что закончим разговорами обо мне любимом».
В ее ответных мыслях чувствовалась усмешка.
«Но мы еще только начали, хоть и не совсем вовремя. Сейчас я хочу, чтобы ты помог мне».
Я представить не мог, что должен был сделать, поскольку изначально предполагал себя исключительно в роли стороннего наблюдателя. Стать действующим лицом в акте, который, не то чтобы пугал, но заставлял чувствовать себя кем-то вроде святотатца, напрягало и неслабо. Во Вселенной существовало множество тайн, суть которых мне хотелось бы постичь, но прикосновение к Смерти к их числу не относилось. Хотя бы по той простой причине, что уже имело место быть. После своего, к счастью, недолгого взаимодействия с Иглой Дживана, я начал относиться ко всем подобным темам с долей определенного почтения и даже страха.
1
Мекет – риоммский ученый-философ, автор многочисленных статей о неразрывной связи материального мира с миром ментальным. Убит при загадочных обстоятельствах в собственном доме в день изгнания мастера Аверре из Адис Лейр.