«Мы делаем правильные вещи. Точка»301.
Новые ценности стали полным отрицанием всего связанного с предшественником Хосровшахи302. Если прежний босс был негодником, то новый босс славился честностью. Из-за теплой улыбки, залысин и пушистой бороды Дару Хосровшахи окрестили новым «Папой» Кремниевой долины303.
За одну ночь «Папа» появился почти всюду. На радио, в журналах и газетах, на Ютубе – во всех медиа, освещавших тему Uber, красовалась реклама с лицом Хосровшахи304. В 2018 году компания ассигновала полмиллиарда долларов единственно для восстановления бренда и реабилитации потрепанного имиджа. Uber широко закупала рекламные права в плей-офф Национальной баскетбольной лиги и финальных играх, в популярных телевизионных шоу, выходящих в прайм-тайм, и крупных изданиях, таких как «Уолл-Стрит джорнал».
Но, если не считать позитивного медийного контента, руководство компании старалось давать как можно меньше поводов для новостей. После почти целого года негативных заголовков про Uber, которыми пестрели печать, телевидение и Интернет, компания целенаправленно старалась казаться как можно более скучной.
«Уже 365 дней Хосровшахи совершенствует свой бренд занудства»305, – писал журнал Wired осенью 2018-го об итогах первого года работы главного исполнительного директора.
Имидж и связи с общественностью были делом немаловажным, но перед Хосровшахи стояла гораздо более трудная задача: обуздать неоправданные траты Uber и найти способ повысить рентабельность компании. Каланик годами не отчитывался в своих решениях по расходам. Например, он растратил миллиарды долларов в дорогостоящих войнах с другими фирмами по перевозкам на такси на разных континентах. Хосровшахи, долгие годы проработавший у Барри Диллера в InterActiveCorp, привык заниматься сложными математическими расчетами и иметь дело с бюджетами. Когда он увидел финансовый отчет Uber, весь испещренный красными чернилами, то начал урезать траты. Это означало продажу бизнеса в Юго-Восточной Азии фирме Grab, местному конкуренту-перевозчику, за 27,5 процента акций этой сингапурской компании. Если раньше Uber славился тем, что переманивает сотрудников у конкурентов, то Хосровшахи прекратил швыряться огромными зарплатами, чтобы заполучить талантливых инженеров из Facebook и Google.
Подразделение Uber, разрабатывавшее беспилотный автомобиль, на момент написания этой книги находилось в подвешенном состоянии[113]. Некогда оно являлось самой крупной брешью, в которую утекали финансы Uber, но занималось якобы жизненно важным для компании направлением в развитии.
После увольнения из Uber ныне опальный в Кремниевой долине Энтони Левандовски отнюдь не растворился в ночи. Он основал еще один стартап по беспилотным грузоперевозкам, Pronto.ai, который всего за 5 тысяч долларов поставлял дальнобойщикам готовый комплект оборудования для автономного вождения автомобиля. «Я знаю, что некоторые из вас, наверное, думают: он что, вернулся? Да, я вернулся»306, – писал Энтони в своем блоге, анонсируя новую компанию.
Свободное от стартапа время Левандовски посвятил созданию собственной религии: его церковь поклонялась, как божеству, искусственному интеллекту. Называлась она «Путь в будущее»307.
Сотрудников Uber устраивало положение вещей при Хосровшахи. Они радовались, что их компания перестала быть самой ненавистной Америке фирмой, как в 2017 году. На вечеринках с коктейлями снова можно было болтать без опаски. Но некоторые никак не могли отделаться от мысли: разве при Даре Хосровшахи Uber не собирается выкладываться по полной? Или Uber потеряла интерес к невозможному и больше не стремится к доминированию в мире? А ведь именно эти захватывающие перспективы в духе Трэвиса и привлекли многих в компанию.
Как сказал один бывший работник, «или Uber станет вторым Amazon, – компанией, доминирующей по всем направлениям своей отрасли, – или мы превратимся в еще один еВау».
Для Билла Герли жизнь стала заметно легче. В конце 2017 года он находился в здании фондовой биржи Nasdaq вместе с Катриной Лейк, предпринимательницей и гендиректором Stitch Fix, консультировавшей его немногим ранее в том же году. В тот ноябрьский день Лейк вместе со своим четырнадцатимесячным сыном впервые обратилась к новообретенным общественным инвесторам. Такими протеже, как Лейк, Герли гордился больше всего. Ей исполнилось тридцать четыре. Она боролась за каждый дюйм рынка, на который вышла со своим стартапом в возрасте двадцати восьми лет. Лейк ценила советы и указания Герли, но предпочитала следовать собственному чутью и выстраивала Stitch Fix как честную и открытую акционерную компанию.
113
Отделение продолжило работу. В декабре 2018 года Uber получил разрешение министерства транспорта Пенсильвании на использование беспилотников на дорогах общего пользования и в феврале 2020 года вернулся к тестированию в Калифорнии. (