Трэвис пытался держаться спокойно, контролировать себя. Он и выглядел невозмутимым, когда выходил из кампуса через переднюю дверь, – в своих любимых темно-красных кроссовках Nike Darwin с красными шнурками и и сеточкой и полосатых, розовых с голубым, носках[69].
Но на душе у него было неспокойно. Эта встреча была первой после крупной размолвки между Apple и Uber. Каланик не знал, чего ждать от Кука на этот раз.
Сразу после начала разговора Кук, в типичной для южанина неторопливой манере, поставил первый вопрос. Он хотел убедиться, что проблема осталась в прошлом.
Каланик заерзал в кресле. Он ждал этого и готовился, но слышать все равно было неприятно. Смирив себя, Каланик объяснил, что да, проблема была, но теперь вопрос закрыт.
Кук кивнул. Напряженный момент миновал, и собравшиеся перешли к обсуждению других вопросов. И тем не менее, пусть мягко и без нажима, Кук провел линию на песке. Если Uber когда-либо попытается снова обмануть Apple, на платформе компании места для него не будет.
Из кампуса Apple Каланик поехал на север и немного позднее встретился с другом. Рассказывая, как прошла встреча, он признался, что в какой-то момент испытал сильное потрясение. Сильное, но мимолетное. Выяснение отношений и выброс адреналина. Он столкнулся с Тимом Куком – самим гребаным Тимом Куком! – и его компания не исчезла с лица земли.
Uber выжил. Страх понемногу рассеялся, а ему на смену пришла свежая волна уверенности и даже бравады. Если Uber смог тягаться с Apple, то ему не страшен никто.
Глава семнадцатая. «Лучшая защита…»
Разборка с Apple вылилась в большую проблему. Но даже в разгар этого кризиса Трэвису Каланику пришлось решать проблему еще бóльшую. Для этого его технический директор, Туан Фам, нанял парня по имени Джо Салливан. Увиденное Джо Салливан назвал кошмаром по части безопасности.
Как бывший шеф по безопасности в Facebook, Салливан привык к хаосу. За шесть лет работы в социальной службе он повидал всякого. Кража личных данных, торговля наркотиками и оружием, распространение детской порнографии – от всего этого Салливан защищал пользователей Facebook. Пока Марк Цукерберг открывал новые, еще не завоеванные границы Интернета, Салливан выслеживал цифровых воров – тех, например, кто шантажировал женщин, украв с их телефонов откровенные фотографии.
Но электронное письмо с просьбой о помощи, полученное от Туана Фама, главного технического директора Uber, заинтриговало Салливана. Читать об этой райдхейлинговой компании ему, конечно, приходилось – не заметить заголовки с упоминанием вступившего в битву единорога было невозможно. Само название Uber звучало как тяжелый случай. Слежка за водителями, сбор компромата на журналистов, похищение личных данных пользователей – вот на чем строилась репутация компании.
Слежка за водителями квалифицировалась как грубое нарушение права на частную жизнь. Для Каланика это было чем-то вроде забавного розыгрыша. В 2011 году, когда Uber только-только открыл бизнес в Чикаго, компания пригласила нескольких влиятельных горожан на частную вечеринку в отеле «Элизиан». Там Каланик впервые представил Heaven. Ошеломленные гости увидели огромный экран с картой города, по которой в режиме реального времени перемещались сотни автомобилей. Каланик и его партнер, Райан Грейвз, довольно посмеивались.
У Uber был не только Heaven, но и Hell150. Так называлась одна из самых охраняемых и наиболее ценных внутренних программ, придуманная для отслеживания местонахождения всех водителей Uber, работавших также и на Lyft. Сотрудники в штаб-квартире Uber создавали фейковые аккаунты Lyft, которые отслеживали ближайшие машины – до восьми штук на каждый фейковый аккаунт. Информация об этих автомобилях отсылалась потом в Uber и хранилась в базе данных. Hell давал возможность определять положение водителей Lyft в режиме настоящего времени. А поскольку многие из этих водителей работали также и на Uber, последний узнавал о ценах, предлагаемых конкурентом водителям, и мог перебивать их, таким образом склоняя водителей на сторону. По мнению Салливана, Hell действовал в высшей степени неэтично, и в случае утечки информации компания получила бы пиар-кошмар.
С Heaven и Hell все только началось. Обе программы попадали под определение «конкурентная разведка», которое звучало мягче, чем «корпоративная слежка»151. Своим вариантом такой программы располагал в Долине каждый. Наиболее популярной формой сбора информации о конкурентах был скрейпинг – автоматический сбор данных – открытых источников: веб-сайтов, приложений и других репозиториев. Получая информацию об изменениях цен в приложениях Lyft, Uber мог систематически «подрезать» конкурента.
69
Каланик особенно любил Darwin из-за хорошего сцепления подошвы с бетонным полом в штаб-квартире Uber и надевал их едва ли не на все публичные мероприятия, в том числе на интервью с редактором Vanity Fair Грейдоном Картером в 2016 году.