Выбрать главу

Таким был (но работал!) Херсонесский маяк в июне 1942 года.

Май 1944 года. Черноморскому флоту поручено доставить горюче-смазочные материалы наступающим войскам 4-го Украинского фронта. Сделать это можно было, отправив из только что освобожденной Одессы танкеры или сухогрузные транспорты, груженные бочками с топливом. Но посылать их в открытое море было рискованно - там все еще действовали нацистские субмарины. Северо-западная часть Черного моря была буквально нашпигована минами. А узкий фарватер был проложен среди заграждений вдоль низких берегов, вне видимости ориентиров и створных знаков. Тогда начальник гидрографической службы Черноморского флота капитан 1-го ранга А. Солодунов принял смелое решение - транспортировать топливо на быстроходных, мелкосидящих торпедных катерах. Приказ командования был выполнен в срок!

Лето 1944 года. Вверх по Дунаю с боями шли мониторы и бронекатера возрожденной Дунайской военной флотилии. Обеспечивали ее действия черноморские гидрографы. Нелегко было им прокладывать курсы боевых.кораблей по заминированной гитлеровцами, англичанами и американцами, усеянной затопленными судами, фермами взорванных мостов реке, на которой навигационные знаки были уничтожены. Добавим, что выше озера Кагул наши боевые корабли ранее не ходили и штурманы недостаточно хорошо знали нрав Дуная. А гидрографам приходилось не только заниматься своим прямым делом обеспечивать судоходство, но и участвовать в боевом тралении.

После войны севастопольцы тщательно восстановили Херсонесский маяк.

Конец 1944 года. На Черном море завершились боевые действия, но не для гидрографов и минеров. Для них война затянулась на долгие годы, ведь предстояло очистить акватории от более чем 20 тыс. мин разного типа. При этом неконтактные магнитные и акустические мины обычно оснащались приборами кратности, которые приводили взрыватели в действие лишь после того, как над подводным фугасом проходило определенное число кораблей. Поэтому и тральщикам приходилось прочесывать с обычными и неконтактными тралами один и тот же квадрат по нескольку раз, чтобы уверенно доложить о том, что минная опасность в нем ликвидирована и море свободно для судоходства.

Однако ориентировку минеров в море затрудняло то, что противник, отступая, уничтожил всю систему навигационного оборудования и геодезическую сеть. Поэтому гидрографам пришлось срочно заняться ее восстановлением, а суда, доставляющие народнохозяйственные грузы в восстанавливаемые Одессу, Николаев, Новороссийск и порты Приазовья, водить, как в годы войны, под контролем военных лоцманов.

Наибольшие сложности возникали при боевом тралении в открытом море, вне видимости берегов. Общепринятый в тот период способ траления предусматривал ориентировку по так называемым "опорам на воде" заякоренным знакам, обозначавшим тот или иной квадрат. И хотя установка их требовала немалого труда и времени, но гидрографы и минеры вынуждены были прибегать к этому методу. Иногда, для того чтобы "привязаться" к береговым ориентирам, гидрографы применяли привязные аэростаты заграждения.

Лишь после того как в 1947 году советская промышленность освоила производство фазовой радионавигационной системы "Координатор", а несколько позже импульсной навигационной системы "Рым", гидрографы смогли отказаться от устаревшего к тому периоду способа триангуляции на воде. В конечном итоге внедрение новой техники революционизировало весь комплекс гидрографических работ.

В конце этого года черноморская гидрография отметит свое 65-летие. От первых, небольших подразделений, созданных в годы гражданской войны, до сильной, разветвленной службы, с честью выдержавшей суровое испытание в годы Великой Отечественной, до организации, проводящей комплексные исследования Мирового океана ло отечественным и международным программам, таков славный путь черноморской гидрографии.

Гидрографическое судно Черноморского флота "Гидрограф".