– Вы знаете про марш Шермана[16] к морю?
Рэпп сидел за рулем. Он вырос в Северной Вирджинии и не считал себя южанином, но гордился своей родиной, а это означало, что он знал историю Гражданской войны. Для истинного южанина – такого, как Ричардс, родившегося и воспитанного в Ковингтоне, штат Джорджия, – одного упоминания имени Уильяма Текумсе Шермана хватало, чтобы начать драку.
– Тотальная война, – продолжал Харли. – Как в истории Шермана. Если наш враг не желает встретиться с нами на поле боя, мы должны принести войну к порогу его дома. Лишить способности сражаться. Напугать так, чтобы они покинули свои укрытия, и раздавить их.
Рэпп видел Харли и Ричардса в зеркало заднего вида. Стэн не замечал отвращения на лице своего напарника.
– Вы пытаетесь сказать мне, – начал Ричардс, – что мы – Шерман?
– Я очень на это надеюсь, – ответил Харли, который находился в состоянии, близком к ликованию. – Он ведь одержал победу.
Митч больше не мог сдерживаться и громко расхохотался.
– Что тут смешного? – спросил Харли.
Когда Рэппу, наконец, удалось немного успокоиться, он сказал:
– Вы сидите рядом с одним из лучших представителей Джорджии. Ваши слова – все равно что восхваление Эндрю Джексона[17] перед компанией индейцев.
– О! – выдохнул Харли, сообразив, какую ошибку совершил. – Я не хотел тебя обидеть. Мы как-нибудь поговорим об этом за кружкой пива. Шерман был забиякой. – Бросив Ричардсу кость, он добавил: – И нельзя отрицать, что Ли и Джексон обладали талантом настоящих стратегов. – Поменяв тактику, он спросил: – Ты ведь охотился на птиц?
– Ну да.
– Зачем нужно брать с собой в поле собаку?
– Чтобы заставить птиц взлететь.
– Точно, – сказал Харли. – Наши враги сидели тихо и не высовывались последние десять лет, причем у них это мастерски получалось, пока Лэнгли сосредоточил свое внимание на Центральной Америке и необходимости иметь как можно меньше дел с ублюдками с Капитолийского холма. Я рассказывал вам про нашего оперативника, которого захватили прямо на улице в Бейруте несколько месяцев назад… по правде, такое случилось не в первый раз. Мы слишком расслабились в восьмидесятые и слишком многое позволили этим задницам. – Посмотрев на лицо Рэппа в зеркале, он проговорил: – Апрель восемьдесят третьего, нанесен удар по нашему посольству, погибли шестьдесят три человека. В тот день Лэнгли потерял восемь лучших оперативников, включая директора Ближневосточного отдела и шефа резидентуры.
Харли выпустил из рассказа тот факт, что в тот день он находился в городе и вполне мог стать одной из жертв. Он также не стал говорить им, что отец Кеннеди был одним из сотрудников, которых они тогда потеряли. Стэн считал, что не имеет права делиться с ними столь личными вещами. Она сама расскажет, если и когда захочет.
– В ответ мы послали морских пехотинцев. Октябрь восемьдесят третьего, по отряду морпехов и французских военных нанесен удар при помощи автомобильных бомб. Погибли двести девяносто девять человек, и всё из-за кучки вонючих дипломатов, убедивших командование, что слишком серьезные меры безопасности будут неправильно поняты. Причем ни один из поганых дилетантов ни разу не бывал в этом богом забытом городе. В ответ после бомбежки бараков мы сказали, что не намерены уходить, сбросили пару бомб и свалили.
Стэн выругался и продолжал:
– Так вот, ублюдки решили, что они могут безнаказанно выступать против нас. В марте восемьдесят четвертого они схватили моего приятеля Билла Бакли, нашего нового шефа резидентуры, ветерана Корейской и Вьетнамской войн. – Харли выглянул в окно, и на мгновение в его глазах появилась печаль. – Они пытали его почти полтора года, потом отправили самолетом в Тегеран. Ублюдки всё записывали на пленку. – Стэн покачал головой, словно хотел прогнать дурные мысли. – Они заставили его выдать все, что он знал, всю информацию до мелочей, и продали ее русским и всем, кто мог этим заинтересоваться. Билл очень много знал. Сведения, которые они получили от него, причинили нам невероятный вред. Я даже не стану пытаться вам говорить, сколько ночей я лежал без сна, задаваясь вопросом, как бы я повел себя на его месте.
Они призвали так называемого эксперта, психолога из «Хезболлы» по имени Азиз аль-Абаб. Он учился в России в Университете дружбы народов. Имен, которые получили ублюдки, было такое количество, что даже подумать страшно. Аль-Абаб накачивал Билла наркотиками и задавал свои вопросы бесконечно. Говорят, у него было два помощника, и эта троица превратила допросы в настоящий научный эксперимент. В конце концов сердце Билла не выдержало, но прежде они успели очень многое у него узнать.
16
Уильям Текумсе Шерман (1820–1891) – американский политик, полководец и писатель. Прославился как один из наиболее талантливых генералов Гражданской войны 1861–1865 гг., где воевал на стороне Севера; в то же время приобрел печальную славу за свою тактику «выжженной земли».
17
Эндрю Джексон (1767–1845) – 7-й президент США (1829–1837); являлся горячим сторонником выселения индейцев и пользовался поддержкой белого населения южных штатов, претендовавших на их земли.